Годайме Хокаге (Глава 19-21)

Под катом.

Глава 19

– Цунаде-сама, наденьте шляпу и плащ, – напомнил мне Генма, ожидая у двери.

– Вот еще, – фыркаю в ответ. Я рассчитывала забыть об этих символах власти каге, повесив их в каком-нибудь пыльном чулане, и подальше.

– Цунаде-сама, ну хотя бы в первое время соблюдайте этикет, – вновь начинает ныть парень. Ты меня достал уже этим страшным словом.

– Тебе напомнить его новое место жительства? – скептически хмыкая, наблюдаю за сменой выражения лица у джонина. Вспомнил, как я посмотрю.

– Ну, Цунаде-сама… – практически умоляет Генма, быстро просекший, что я не люблю официоз. Щас кланяться начнет, как пить дать. Это наглый шантаж! Не смей! Р-ррр. Ладно, хрен с тобой, золотая рыбка, сдаюсь.

Ками, ненавижу эту треуголку с занавесками. Но пока смирюсь, что на официальные мероприятия придется одеваться в парадное. Снимаю свое любимое синее хаори и оставляю его одиноко лежать на кресле. Где там этот выкидыш больного воображения Хаширамы?

Ненавижу белый цвет. Я теперь похожа на смерть. Косу, что ли, заплести, чтоб соответствовать? Внутренне порычав на всех и на вселенскую несправедливость, выхожу из кабинета. Поставив на оставшийся без охраны кабинет барьер, дабы не смущать умы пробегающих мимо «тараканов» и не выяснять границы их любознательности, я не спеша отправилась к лестнице. Ширануи по привычке пристроился за моим плечом. Что-то пустовато сегодня на верхнем уровне. Только АНБУ мелькают то здесь, то там.

В какой-то звенящей тишине мы с Генмой чинно спустились на первый этаж. Такое впечатление, что чунины, работающие в администрации, просто попрятались. С чего это вдруг? Неужто боятся попасться у грозной меня на пути? Так вроде мне еще никто настроение испортить не успел и на любимых мозолях не потоптался. А, видимо, случившееся на приеме с Дайме с чьей-то легкой руки – или, скорее, слишком длинного языка – стало известно окружающим. Ясно. Думают, что я не постесняюсь у Генмы и другой сенбон позаимствовать.

В зал Совета вели большие двустворчатые двери. Двое молчаливых анбушников, закутанных в свои серые плащи, очень выразительно терлись рядом со входом. Ага, это моя “охрана” на время мероприятия. Меня иногда умиляют здешние порядки. Что-то я сомневаюсь в том, что дедушки ходили всюду с телохранителями в масках. Но возмущаться не буду, хотят чувствовать себя нужными, – вперед.

Масочники с поклоном распахивают передо мной двери. Прохожу в хорошо освещенный большой зал. А свободненько тут. Я думала, будет присутствовать гораздо больше народу, а набралось, от силы, человек двести. Неужели все остальные на заданиях?

– Ширануи-сан, пожалуйста, составь на завтра список выполняемых в данный момент миссий с пометками: имя джонина-исполнителя, где находится и на какой срок. – Практически чувствую, как парень кивает, подтверждая получение приказа. Судя по шуршанию бумаги, мой телохранитель все снова записал. Что ж, зато сам не забудет и мне напомнит.

Джонины Листа склонили головы и расступились, освобождая проход нашей маленькой, но гордой процессии. Мне, видимо, предстоит сидеть в президиуме, в виде большого стола странной формы, находящегося на возвышении. Обходить эту конструкцию мне лень, перепрыгивать тоже. Сажусь прямо на край стола, лицом к ожидающему народу. Так ближе. Может, кто оценит. Ножками, что ли, поболтать. Сморю в застывшие ряды джонинов. Нет, не стоит. Пока не поймут.

Итак, что тут у нас? Передо мной застыл сумасшедший дом на выезде. Каждый из этой стаи шиноби обязательно носил какую-то отличительную деталь в облике. От необычной прически до плаща практически на голое тело. Да-да, Анко, это я про тебя говорю. Девушка поежилась под моим изучающим взглядом и нырнула за спину индифферентного Ибики, стоявшего рядом с засунутыми в карманы руками. Нет, подавляющее большинство носило стандартный набор – темно-синие бриджи, водолазку и военный жилет. Но были и яркие индивидуальности, по типу Гая или той же Анко, что плевали с высокой колокольни на принятую еще Тобирамой форму.

Кстати, на этом совете я заметила нескольких токубецу-джонинов, – та же Митараши в своем чудо-пальтишке… Интересно, обычно их тут быть не должно. Вроде как. Ладно, все это лирика, а сейчас пора переходить непосредственно к процедуре знакомства.

– Йо! Меня все видят? Слышат? – снимаю шляпу каге и небрежно кладу рядом собой на стол. Позади обреченно вздыхает Генма. Наверняка даже глаза закатил. И уже успел переместиться за стол, чтобы не мешать мне общаться с народом.

На мой вопрос со всех сторон раздался нестройный хор голосов. Типа, да, все слышат. Прекрасно…

– Значит так, всем присутствующим представляюсь еще раз. Меня зовут Сенджу Цунаде. Я Годайме Хокаге Конохагакуре. Еще я как бы внучка Первого Хокаге и внучатая племянница Второго. А вдобавок я обалденный медик и вообще красивая женщина. Вроде вы все уже должны быть в курсе, – скрестив руки на груди, оглядываю своих волчар. Слушают внимательно, это хорошо. – Теперь я расскажу вам о том, что вы еще не знаете. Я не люблю этикет и официоз. Поэтому никаких Хокаге-сама при обращении, а только Цунаде-сама. И никаких поклонов через каждое слово. Это понятно?

Зашушукались товарищи. Такое впечатление, что по помещению ветерок прошуршал. Дождавшись согласных кивков хотя бы от первого ряда, продолжаю:

– Кто хочет, может сесть. Нам с вами еще долго общаться и лучше это делать в более комфортной позе. Не на экзамене, чай. – Еще одна волна шепотков прошла. Постояли, помялись, посмотрели на меня. И вот уже один за другим шиноби усаживаются на пол. Что делать, если тут не предусмотрены кресла. Если так пойдет, то потихоньку сломаю стереотипы в глазах этой толпы.

– Отлично. Рада, что вы прислушались к здравому смыслу. Теперь у меня будет к вам небольшая просьба. Я знаю здесь далеко не всех. Что поделать, если меня так долго не было в Листе. Поэтому, пожалуйста, по одному вставайте, представляйтесь, расскажите, что любите, что не любите, можете просто анекдот затравить. Или сообщить количество выполненных высокоранговых миссий. Какими стихиями владеете. А можете ничего не рассказывать. Считайте, что у вас знакомство с новой командой. – Народ разулыбался, наверняка вспоминая какие-то веселые случаи в прошлом. Ну вот, первый лед сломан. Плывем дальше. – Давайте начнем с первого ряда. Вот вы?..

– Меня зовут… – Да, чувствую, это надолго. Как бы тут не заночевать.

Через два часа я перезнакомилась с двумя третями народа и порядком устала. Благодаря тренированной памяти, мне без труда удавалось запоминать лица и имена джонинов, даже их манеру держаться. Может, я и забуду что-то сегодня, но при следующей встрече необходимое знание само всплывет в нужный момент. А пока знакомство продолжалось. Шиноби Конохи в целом достаточно веселый народ, особенно в таком количестве, что вынужденно собралось в одном месте. Кое-где уже сидели кружки по интересам. Вроде, у дверей даже в карты играли, но утверждать не берусь. Процесс против официоза шел полным ходом. Фиг бы они так раскрепощенно себя вели, если бы не приняли меня за своего.

Слушая очередного джонина, наткнулась глазами на затихарившуюся Анко. Чего это девочка так прячется? То в первом ряду была, теперь вон чуть ли не в последнем… И не поднимается для знакомства. Странно… Хотя она же, вроде как, неблагонадежной считается у большинства шиноби Конохи. Типа, ученица Орочимару и все такое… Ученица… Я, кажется, спрашивала, где саннин взял такого помощника как Кабуто? Не уверена, но надеюсь, что нашла такой же самородок для себя. Под моим изучающим взглядом, Митараши все-таки поднялась на ноги и представилась.

– Я – Митараши Анко, люблю данго и ошируко, ненавижу своего учителя, – через силу выдавила из себя девушка. Хм, ненавидишь? Что ж, мешать не буду. А Орочимару по шее получит при встрече. В профилактических целях. Либо подопытный – и ставь на нем эксперименты по не балуйся, либо ученик-помощник, но тогда учи, будь добр, а не ломай ему жизнь. Змей, походу, заигрался по молодости. Ладно, отпустим взгляд девочки, а то ее удар хватит. Кивнув, повернулась к следующему… Анко, как-то сразу сдувшись, села, – вернее, практически упала на пол.

Неожиданно передо мной из шуншина вывалился невозмутимый Какаши. С книжкой наперевес. Судя по реакции окружающих, а точнее по отсутствию какой-либо реакции, все давно забили на выверты сына Белого клыка. Ага. Все, кроме меня. Вот как можно было настолько опоздать? Нет, похоже, с Какаши надо проводить воспитательную беседу на полигоне с применением чакры.

– Привет вам, таинственный незнакомец в маске… – машу ему ручкой, дабы все-таки обратил на меня свое внимание. О, смотри-ка. Понял, что находится пред светлыми очами своего непосредственного начальства. И книжечку убрал, и даже встал ко мне лицом, а не боком.

– Добрый день, Хокаге-сама, – поклонился-таки Хатаке. Из рядов шиноби за его спиной раздались смешки. Ну да, я тут их песочила на тему официоза.

– Хатаке Какаши, – саркастично констатирую факт. Второго такого товарища нет. Неповторимый, гад.

– Да, Хокаге-сама, – джонин снова поклонился. За спиной фыркнул Генма. Да, я тоже себе сочувствую уже. С такими-то подчиненными.

– И что же вас так задержало, Какаши-сан? – елейно растекаюсь в улыбке. А те, кто меня хорошо знают, при таком выражении лица бегут куда подальше, и копают окопы поглубже и понадежней.

– Я заблудился на дороге жизни, – начал вешать лапшу на уши капитан седьмой команды. Неужели сам реально верит в эти отмазки? У меня складывается впечатление, что он за Обито в свое время записывал. Иначе откуда такие детсадовские оправдания? Интересно, как его еще никто не побил за это? Так хорош в бою на самом деле?

– Заблудился, значит. – По рядам сидящих джонинов прошел очередной ветерок. Теперь из смешков. Кажется, они понимают, чем Какаши грозит его опоздание. Кладу руку расслабленному мужчине на шею, охватывая ладонью трапециевидную мышцу и ключицу, ласково провожу большим пальцем вдоль сонной артерии и похлопываю по плечу. Аккуратненько так. Какаши в полном обалдении. Правда, виду не подал. А теперь поймаем удивленный взгляд серого глаза и равнодушно добавим:

– Так я тебе, опаздун, на этой дороге указатели расставлю, через каждые два метра… Джонин Хатаке Какаши, приказываю вам завтра в три часа ожидать меня на полигоне вашей команды для проверки профессиональных навыков. Я лично проведу у вас переэкзаменовку. – После этих слов Копирующий ниндзя сбледнул с лица.

– Я понятно объясняю? – Кивок. Отлично. Хороший песик! – И постарайтесь не опаздывать. У меня очень жесткие воспитательные меры. Намордник у тебя уже есть, а ошейник и поводок я могу обеспечить.

Сглотнул и заметался. Расслабься, сейчас я бить не стану. У тебя, в конце концов, завтра бой. С очень сильным противником. Со мной.

– Ширануи-сан, напомните мне об этой встрече завтра в два. Так, чтобы я успела прийти на полигон ВОВРЕМЯ, – последнее слово выделяю с нажимом, глядя в такой печальный, затравленный глаз Собакина. Опять ручка заскрипела. Генма так скрупулезно записывает мои откровения, что просто нарывается на повышение. Идея-то хороша, но есть еще парочка кандидатов. Надо все обдумать в тишине и спокойствии.

– Цунаде-сама, – подает голос ближе всего сидящий ко мне Ибики. Опускаю взгляд на заплечных дел мастера. Колоритен, слов нет. Реально, такой попросит прикурить в темной подворотне, все сам отдашь, лишь бы прикуривал в другом месте. Здоровенный шкаф – даже сидя, только чуть-чуть ниже меня – затянутый в черную кожу. Со шрамами… Мамочка моя, роди меня обратно. Надо будет потом подкатить к нему. Может, стоит все-таки залечить все это безобразие, да волосы новые вырастить… Так, что ему понадобилось-то вдруг? – А можно поприсутствовать на переэкзаменовке Какаши?

С разных сторон послышались голоса в поддержку Ибики. О как! Что это вдруг столько народу заинтересовалось публичной поркой? Хатаке всем им где-то дорогу перешел? Надо сегодня ознакомиться с его личным делом. После таких вот вопросов, думаю, что узнаю много нового.

– Так… – кивком отсылаю Какаши и поворачиваюсь обратно к заинтересованным шиноби, – присутствовать могут все желающие. Но ближе, чем на триста метров, к полигону не соваться. Это приказ. Лечить тех, кто его проигнорирует, не буду.

Все согласно зашумели. Похоже, давно в Конохе не было цирка, народ соскучился по зрелищам. Все это, конечно, хорошо, но надо продолжить знакомство. Кто там еще не представлялся?

В таком режиме прошло еще два часа. Пока все малость попозерствовали, пока пообщались… Пока посмеялись над рассказами из жизни осмелевших соседей. Да я и сама отличилась. Поведала миру пару медицинских шуточек из своей практики, да и про великого и неповторимого Джирайю тоже. Оказывается, многим было интересно, как я его в молодости гоняла. Поделилась впечатлениями. Но все хорошее когда-нибудь кончается, и наш Совет тоже пора сворачивать, а то скоро он перерастет в стихийные посиделки.

– Что ж, спасибо вам за ваш нелегкий труд, джонины Конохагакуре, – встала со стола и, кивнув Генме, отправилась к выходу. Шиноби шумно собирались кто по делам, кто по домам. Настроение повышалось. Хороший разговор с сильнейшими ниндзя Листа вышел. Вроде бы все довольны, мосты наведены. Я гений. Уже почти в дверях обернулась и прищурилась:

– Еще минуточку внимания! Последнее объявление: с личностными обращениями, вроде всяких там «санов» и «кунов», у меня беда. Так что привыкайте к фамильярности… Я это не со зла, – народ растерянно подвис, а я развернулась на пятках и вышла. Генма аккуратно прикрыл двери и забежал вперед, доставая блокнот и сверяясь с висящими на стене в приемном зале часами:

– Цунаде-сама, до начала Совета кланов у вас еще почти полчаса. Прикажете накрыть обед?

– Да. Распорядись подать что-нибудь легкое – можно салат и курицу, крепкий черный чай и стакан молока… И себе – что там тебе нужно.

– Хай, – и помощник отошел, что-то наговаривая в рацию. Я медленно пошла по коридору, абстрагируя мысли и разгоняя по новой чакру в организме. Все-таки это было не так уж просто, столько высидеть и внимательно выслушать… А еще с главами кланов встречаться! Подавив вздох, стала подниматься по лестнице. Обед, это хорошо. Да. С мыслями о вкусненьком, взбодрившись, пошла быстрее.

Глава 20

Обед накрыли в малом приемном зале: раздача миссий на сегодняшний день уже давно закончилась, и чунины разошлись по своим кабинетам, разбирая отчеты и другую документацию. Так что помещение оказалось в полном нашем распоряжении. На небольшом столике почти в центре комнаты я увидела настоящее богатство: вот оно, невероятное и недоступное мне в течение дня – еда…

Кивнув Генме, чтобы не щемился в сторонке, а присоединялся к празднику живота, присела на предложенный стул с высокой спинкой и унеслась в рай. Все блюда были прекрасны, может, это из-за того, что я слишком проголодалась… Но в любом случае, от стола я отвалилась довольная жизнью в целом, и моим местом в ней в частности.

Закидав в себя последние куски курицы и по-быстрому прожевав (как будто я у него отбираю, честное слово), Генма, глянув на часы, подхватился и потянул меня в Большой приемный зал. Там нас уже ожидали главы кланов Конохи. Тот еще зоопарк, по идее. Но в то же время кланы всегда были опорой для Каге. Поэтому теперь мне необходимо понять, как их привязать к себе. А значит, впереди работа по выявлению слабых мест, амбиций и выгоды. Бедный мой мозг… Чуть разогнав чакру по организму, заставляю несчастный вычислительно-запоминательный аппарат работать на повышенной мощности.

Вошла, собранно-расслабленная. Интимная обстановка, льющийся из окон приглушенный свет, сгущенные тени в комнате… Нара, что ли, постарался? Тут же попала под прицел задумчивых и внимательных взглядов. Ну да, это тебе не джонины, с которыми ты веселилась внизу. Тут зубры посерьезнее. Гораздо серьезнее и умнее. Разное телосложение, различающиеся одежды, но преобладающий темный оттенок волос, почти нечитаемое выражение лиц, обманчиво-опасная расслабленность официальных поз и видимое отсутствие оружия… Атмосфера больше всего напоминала даже не серпентарий, нет. Были когда-то у пиратов-работорговцев особые подземные каменные мешки в тюрьмах, куда в наказание отправляли самых несговорчивых невольниц. Непроницаемые металлические двери, полутьма и сырость. И на большой высоте узкие зарешеченные окошки в стенах, сообщающиеся с соседними камерами, где содержались полудикие кошки. Вечно голодные, безжалостно-жестокие и неумолимые твари, крадущиеся в ночи, неубиваемые в своей сути…

Я сморгнула. Ощущение подземных казематов пропало. Уголки губ сами собой приподнялись в хищной полуулыбке: поиграем? Не каждый день можно встретиться не столько с достойными противниками, сколько с людьми заведомо хитрее или мудрее тебя. Дело в том, что я-то как раз никогда не управляла такой сложной и обособленной системой, как клан. В связи с его истреблением. А значит, и опыта у меня гораздо меньше. Собравшиеся в зале, конечно, поодиночке или вместе продули бы мне в прямом столкновении. Но я и не убивать их сюда пришла, а договариваться. Показать свою силу? Несомненно. Харизму? Обязательно. Амбиции, хватку, ум? Абсолютно точно. Ни о каком доверии сейчас даже речи не идет. Ведь я, скажем прямо, темноватая лошадка. Не думаю, что даже Нара даст больше шестидесяти процентов вероятности моих дальнейших действий. Просто достаточно сильно поменялись мои поведенческие реакции за последние два года.

Темные с отблесками взгляды на мгновение пришли в движение. Сидящие твари мягко, текуче поднялись и склонили головы. Низко киваю в ответ, но глаз не опускаю, неотрывно наблюдая за периметром. Мягко ступаю, перекатывая ногу с пятки на носок. Шаги получаются замедленными и обезличенными. Знаки вежливости соблюдены. Прохожу, сажусь на свою тронную подушечку, принимаю мужскую позу. Твари почти смогли удержать равнодушное выражение на лицах. Кладу ладони на колени все в той же обманчиво-мягкой тишине… Киваю Генме, чтобы тоже садился. Умащивается справа за спиной, в гораздо более скромной, подчиненной, ученической позе младшего. Слегка прищуренным взглядом обвожу своих возможных союзников. Ну, и каково ваше впечатление?

Сидим, молчим, сверлим друг друга взглядами. Тени смазывают картинку, не дают качественно оценить собеседника, скрадывают реакцию. Нара, ну кто тебя просил так выкладываться. Или тебе самому интересно, что я за зверек такой? И? Кто из вас начнет втаптывать меня в грязь, заклятые союзники? Ведь без подобной проверки на вшивость наверняка не обойдется. Все-таки во времена Первого все было проще. Два мощных рода, равные по силе, и на всяких там Хьюга, Абураме и так далее, никто внимания не обращал. Мелкие общины приходили в Коноху за лучшей долей. И это уже здесь они разжирели на казенных харчах. Поймите правильно, Хьюга – мощный клан. Но это в наше время. А раньше их было гораздо меньше, хоть само додзюцу “бьякуган” было сильнее. Вырождаются, что ли? Близкородственные связи вообще бич кланов с улучшеным геномом. Пожалуй, лишь Узумаки могли себе позволить выбирать спутника жизни по собственному желанию. Ибо их геном – нечто невероятное: настолько пластичный, что только усиливает кеккей генкай в общем потомстве с другими обладателями уникальных ДНК. Плюс огромнейший резерв. Да, не зря за красноволосыми невестами бегали все кому не лень.

Сенджу, как очень близкие родственники, (ну, настолько, насколько плотными могут быть связи между разными кланами), обладают чем-то похожим, но в гораздо более ослабленном варианте. Наши гены просто не портят чужие. Таким образом, например, общий потомок Сенджу и Учиха стопроцентно унаследует шаринган. Но с мокутоном совсем другая песня. Хаширама не единственный, обладающий кеккей генкаем. В клане наблюдалось достаточно народа, что могли использовать стихию дерева. Однако передавался он только семьях, где одним из родителей был Узумаки. Такие вот пироги с котятами… Моя мама, например, не из красноволосых. А вот бабушка Мито – другое дело. Может, именно поэтому у меня детстве и не проявился наследственный геном. Спал или ослаблен был. Не знаю. Одно могу сказать точно: если бы я после третьей войны шиноби, сдуру ли, с большого ума ли, не провела кое-какие манипуляции над собственным организмом, что в итоге привело к бесплодию, мне грозило бы до конца жизни рожать новых бойцов для Листа. Вернее, для Корня. Они ведь мне уже женихов подбирали, о чем Хирузен говорил открытым текстом. После смерти Дана мне показалось хорошим решением обломать всех желающих получить Сенджу в жены ради генома. Оставались, конечно, те, кому нужно было влияние или богатство, но с ними было проще. Редко кто мог похвастаться сухими штанами после небольшой демонстрации силы и пары сломанных конечностей. Даже сейчас я в принципе не жалею ни о чем. Правда, до слияния душ Цунаде была почти сломлена своими же ошибками. Но исправить ситуацию можно. Долго, нудно, но реально. Не дура чай, оставила себе лазейку. Только вот зачем? Если теперь возрождением клана Сенджу займется Орочимару.

– С каких пор сухая ветвь истлевающего дерева может навязывать лесу свою волю? – неожиданно подал голос Хьюга, мерцая в тенях своими зеркальными глазами. Ну да, кто б сомневался что это будет великий и несравненный Хиаши. Ни здрасьте вам, Цунаде-сама, ни как поживаете… Сразу давить авторитетом. Ненавижу образные и цветастые традиционные речи, но с этим выкидышем архаичной старины по-другому нельзя.

– От этого леса без защиты его обманчиво сухих ветвей может остаться лишь гниющий корень и сучковатый подлесок, – опускаю равнодушный взгляд на мужчину. Вообще-то я очень открыто говорю, даже не намекаю. Будете тут мне права качать, от вас вообще ничего не останется.

– Лес силен, в нем много деревьев, что выстоят против любого ветра. – А гонору-то, гонору! Слишком уж статус “сильнейшего клана” раздул твои и так непомерные амбиции. Надо давить, и срочно. Коноха забыла, кому всем обязана. Сенджу и Учиха – хозяева этого места, и я еще напомню вам всем об этом, и не раз.

– Несомненно, если его корни крепки. Даже здоровое дерево высохнет и упадет, если его подточат кроты и землеройки. Не говоря уж о лесорубах, что так любят заповедную древесину. – Да, подумайте о многовластии в деревне. А ты, бьякуганистый, задумайся об Облаке, что так долго и упорно облизывается на твое бесценное додзюцу. И вот еще тебе камушек тонны на две: – Лес на то и лес, чтобы позволять всем деревьям расти в равных условиях, не загоняя младших в сырой овраг, выкопанный традициями и непомерной гордыней.

Слух уловил еле слышный “хмык” со стороны неподвижно сидящего, почти полностью ушедшего в тень Нара. Остальные лидеры своих кланов не шевелились и даже дышали через раз, дав возможность Хиаши потрошить меня дальше. Интересно, они об всем договорились заранее? Или это своеобразная импровизация?

– Можно подумать, что жалкий сухостой сможет оградить лес от браконьеров! – фыркнул Хьюга. Что, неужели обиделся? Раз на личности перешел. Офигеть! Слабую женщину каждый обидеть норовит. М-да…

– Смотря какой сухостой. Если это могучая колючая хура*, то лесу не стоит опасаться забредших путников с топорами или луками. – Себя не похвалишь, никто не похвалит. Так что не фыркай скептически, Хиаши-доно.

– Хура… А хватит ли сил одинокой ядовитой колючке противостоять вредителям?

– Хватит даже вырвать с корнем те лианы, что паразитируют на ее лесе, подражая настоящим деревьям. – Лови небольшой намек. Не заткнешься, мало не покажется. Нашелся тут садовод-любитель. Хотя это Лист, тут все немного… дубы.

– И что же хура попросит за свою защиту? – неожиданно и достаточно прямолинейно наш диалог прервал Нара. Тонко он влез, еще чуть-чуть, и мы бы с Хиаши перешли на личности. А так, внимание переключилось на него, и хоть Хиаши и запыхтел недовольно, но перебивать и тянуть одеяло снова на себя не стал.

– Просто расти и не пересекать границы своих владений, не мешать развиваться подлеску, не давать затянуть себя в глубину, где корни уже не увидят света. – Нара испытующе смотрел мне в глаза. Да, я осознаю, чем мне грозит противостояние с Данзо. Но пока что он не будет считать меня серьезной угрозой своему положению и детищу. «Пока», но сейчас для меня это очень хорошая фора.

– Сможет ли молодая листва не опасть до срока? – поинтересовался тягучий голос Яманака. Лицо блондина не разглядеть из-за сумрака, но глаза сверкали явной заинтересованностью. Хочешь гарантий жизни для наследников? Или все-таки печешься о молодом поколении в целом?

– Если у дерева достаточно соков и сил, чтобы удержать листья даже зимой, то от легкого ветерка они точно не иссохнут, – вот вам. И понимай как знаешь. Гарантий я не даю, но по возможности присмотрю. Яманака чуть расслабился, судя по позе.

– Клан Нара рад приветствовать Годайме Хокаге, – тени резко опали, дав возможность рассмотреть лица собеседников: вполне ожидаемо Шикаку первым просчитал ситуацию и более-менее показал другим свою лояльность к новому руководству. Ну, тут все понятно: моя сила никаких вопросов не вызывает, и я принадлежу пусть к уничтоженному, но великому клану – это не бесклановый Джирайя, что так же мог претендовать (и претендовал) на место каге. Плюс мое поведение на совете джонинов, где присутствовали многие клановые шиноби, что наверняка донесли до своих глав мои слова и свои выводы.

Слегка киваю, принимая заверения если не в дружбе, то в сотрудничестве. Это хорошо, что первым раскачался Нара. Дальше будет проще. Надеюсь.

– Клан Акимичи приветствует Годайме Хокаге, – подал голос Чоза, крупный полный мужчина с копной рыжеватых волос. Я его помню еще подростком. Добрый и шумный малый, что всегда любил вкусно поесть и повеселиться. Помнится, он еще в Лес Смерти залез на спор, и его оттуда АНБУ вытаскивали с чакроистощением. Ну да, на гигантского жука нарвался, и его сильно потрепало. Ибо на тот момент он только пару клановых техник знал. Зато потом на подначки Яманака и слабо не велся.

– Клан Яманака приветствует Годайме Хокаге, – тут же присоединился к другу Иноичи. Худощавый длинноволосый блондин с породистым лицом не сильно изменился за прошедшие годы. Старше стал, несомненно, но в целом все тот же веселый балагур, и менталист, каких мало. Сто процентов, что-то успел прочитать в моей мимике и поведении. Да и отчеты своих джонинов, присутствовавших на Совете, наверняка успел выслушать.

Так, Ино-Шика-Чо однозначно приняли меня. Пусть и предварительно, но поддержка с их стороны мне обещана. Это хорошо, но поглядим, что скажут их ярые оппоненты. Курама, Сарутоби, Абураме, что ранее были лояльны Хирузену. И Хьюга, что всегда сохраняли верность только себе любимым.

– Клан Инузука приветствует Годайме Хокаге, – рыкнула низким грудным голосом невысокая шатенка с хищным выражением лица. Ее можно было бы назвать внешне неприятным человеком, но впечатление в корне обманчивое. Жестокая? Да. Скандальная? Да. Стерва? О, да! Но при этом умная, изворотливая и преданная. Собственно, как и спутники-собаки этого клана. Сейчас громадная псина, больше похожая на волка-мутанта из-за своего размера, вальяжно лежала в уголке, оберегая снежно-белые лапы от ног шиноби. Я не ожидала, что Инузуки в лоб поддержат меня. Клан не маленький, причем далеко. И пусть не столь сильный, как Хьюги, но гонору из них прет местами не меньше.

Ну что дальше, господа ядовитые и кусачие? Неожиданно поднялся Сарутоби Асума. Весь такой расслабленный, как и Нара. Только глаза не такие серьезные. Сигаретка в зубах, правда, не зажженная, руки в карманах. О как! Оказывается, непримиримого сына Хирузена выдвинули в главы клана. Неожиданно. Я думала, что уж ему-то весь этот геморрой не нужен. Хотя, скорее всего, просто не нашли кандидатуры лучше. Внимательно смотрю на улыбающегося здоровяка. Мне кажется, или он что-то задумал? Глазки хитренькие такие – даже Хьюга слегка изменился в лице, предчувствуя подвох.

– Клан Сарутоби рад приветствовать вас, госпожа Цунаде, Годайме Хокаге Конохагакуре, – выдал Асума, интонацией выделив слово «рад», и поклонился. Глубоко. Неожиданно. Не уверена, что все в клане согласятся со столь прямым заявлением главы – ну да сами виноваты. Нечего было этого раздолбая выпихивать на трон.

Да, выступил Асума, слов нет. Эмоций тоже. Вон, Хьюга чуть не перекосило, но сдержался. Как же, теперь у меня фактически большинство голосов в совете кланов. К вопросу о голосах. На самом деле кланы обладали разным весом в совете и соответственно могли распоряжаться разным количеством голосов. Так, к примеру, Нара имел их аж пять (равно как и Яманака, Акимичи, Инудзука), а Хьюга, являясь самым сильным на сегодняшний момент кланом, целых восемь (количество голосов определялось в зависимости от численности самого клана, его оборотных средств, активов, доли в имуществе деревни и, конечно же, количества наиболее близких к силе джонинов, чунинов и так далее). Так вот, сейчас предварительно заявлено, что двадцать семь голосов из возможных пятидесяти выскажутся в поддержку моих решений. Разумных, конечно, и не идущих вразрез с клановой политикой. А местами поддержат просто назло другим. Здорово, правда? Естественно, это только небольшое заявление о намерениях. Меня оценили, взвесили, попробовали на зуб и сняли мерку для гроба. На первый взгляд я оказалась достойна поддержки. Пока. Но в любом случае это показательно.

– Клан Кедоин рад приветствовать вас, Цунаде-сама, Годайме Хокаге Конохагакуре, – обратил на себя внимание Кайсен. Благодушно улыбнулся и очень вежливо поклонился. Я радостно кивнула в ответ старому знакомому. Не сказать, что мы близкие друзья, но в прошлом Агари меня часто выручал. Ну, как и я его. Так что за десяток лет у нас сложились вполне доброжелательные отношения. Клан и вполовину не так велик, как Хьюга, итого… еще четыре голоса. Значит, уже тридцать один. Прекрасно!

Теперь перейдем к сладкому. Я перевела взгляд на молчавшего до сих пор Абураме. Мужчина с нечитаемым выражением лица в вечном балахонистом плаще и очках явно о чем-то размышлял. Потом плавно вышел вперед и коротко, но вежливо поклонился. Широ вообще-то никогда не отличался богатой мимикой или проявлением какой-то бурной реакции на внешние раздражители. Впрочем, это можно сказать практически обо всех членах данного сверхзакрытого клана. Когда-то давно, еще до ухода из Конохи, я пообщалась с предыдущим лидером Абураме. И знаете, я совершенно не хочу ни лечить жуководов, ни тем более вскрывать их – жутко и бессмысленно. Это реально страшный симбиоз. Нет, жуки своему носителю ничего плохого не делают. Но они в нем живут. В прямом смысле этого слова. Брр… И трупов, кстати, не остается: после смерти носителя его съедают. Вот так.

– Клан Абураме приветствует Годайме Хокаге, – размеренным, почти синтезированным голосом выдал Широ. И выполнил поклон строго по этикету. Что ж, это ожидаемо. Лояльность не гарантирована. Будут следить за моими решениями и поступками. И исходя из ситуации принимать чью-то сторону. Совершенно правильное решение в нашей далеко не ясной ситуации. Но меня это вполне удовлетворило. Итог – еще пять голосов нейтральны…

– Клан Курама приветствует Годайме Хокаге, – немного сумбурно выполнив поклон, Муракумо тут же отвалил в сторону. Такое впечатление, что у него какие-то внутренние проблемы. Надо не забыть потом поинтересоваться, чего это он такой дерганый. Хм. И куда потом их шестерка перекочует?

На десерт остался Хьюга. Неприступный. Весь завернутый в белое, будто бросал вызов каге. Не подумайте – он прекрасно осознает свои плюсы и минусы и на трон Конохи не лезет. Но Хиаши очень любит исподволь управлять людьми. Как опытный марионеточник, где подкупом, где шантажом, но он добивается своего. Всегда. Я ему – аки кость в горле: неясны мои слабости, неясны цели, и главное – очень туманны возможности. Этот проницательный товарищ наверняка подозревает, что три куная из десяти я таки заныкала. Только пока не понял, какие именно.

– Клан Хьюга приветствует нового Хокаге, – и поклон на грани вежливости. Радостно скалюсь в ответ. Ничего, и тебя раскачаем. Нет, мне не нужны друзья или враги. Мне необходимо, чтобы все они, главы своих кланов, банально не мешались у меня под ногами. Тогда и кланам будет житься хорошо, и я обойдусь без лишних нервов.

Ну вот, с моего соизволения все усаживаются на свои места. Теперь начнется допрос с пристрастием. Что, как, когда и где я собираюсь делать. Хорошо хоть, что Совет кланов – орган, никак не связанный с внешней политикой. Внутренние дела, межклановые споры могут рассматриваться и рассматриваются этими колоритными товарищами. И то – только если кто-то экстренно решит созвать Совет. Просто так данная группа не собирается. Поэтому обычно Совет не лезет особо никуда, если решения каге не прищемляют им хвосты. Могу сказать совершенно точно, что пока наши интересы не пересекутся, никаких наездов на меня с их стороны не будет. И то хлеб.

В течение часа пришлось поведать собеседникам общие наметки – без подводных камней и возможных конфликтов – будущих реформ: военной, образования и медицинской. Похоже, своими целями я сначала сильно обескуражила, но потом даже порадовала оппонентов. Даже Хьюга чему-то задумчиво улыбнулся. Никак, рассчитывает в чем-то поучаствовать? Ну-ну, мечтать не вредно.

В детали я, естественно, никого не посвящала, обозначив лишь общие положения, не затрагивающие интересы Корня и кланов. Вот когда придет время, тогда и сыграем на моем поле. Уф, наконец-то вопросы закончились, и мозгоклюи косяком потянулись на юг. В смысле, на выход. Давненько меня так придирчиво не трясли. Даже с непривычки в висках закололо. Мда, разогнав чакру, заметила задержавшегося Шикаку. Интересно, чего это он?

– Цунаде-сама, – почесав лоб, Нара прикрыл двери в зал. Конфиденциальный разговор? Я прям вся во внимании. – Уделите мне время?

– Конечно, Шикаку-сан, – дружелюбно улыбаюсь. – Может, чаю?

– Нет, – мужчина присел на пятки, немного подумал и все-таки озвучил мучивший его вопрос. – Ваша военная реформа… Вы ведь наверняка озвучили нам далеко не все.

Кивнула, подтвердив его слова. А смысл отпираться? Я гораздо тупее этого гения. И да, я хочу видеть его в качестве друга и союзника, а не вредителя или врага. Распечатываю подготовленный свиток с моими выкладками и расчетами. Не ожидала, что этот разговор состоится сразу после Совета, но так даже лучше… Нара внезапно сам озаботился детальным планом военной реформы? Прекрасно. И тут мне даже скрывать нечего. Кидаю свиток Шикаку.

– Это все мои мысли, планы и цели. Я надеюсь, что вы достаточно благоразумны, и информация, содержащаяся в этих документах не пойдет дальше вас. Иначе я искренне обижусь, Шикаку-сан, – надув губы, изобразила личико оскорбленной невинности. Нара поперхнулся. Значит, не вышло. Жаль.

– Само собой, Цунаде-сама, не сомневайтесь, – свиток исчез в одном из карманов жилета мужчины. Шикаку поднялся на ноги, поклонился. – Вы сильно изменились, Цунаде-сама. Я рад. Свои выкладки предоставлю через пару дней.

Попрощавшись, мужчина вышел из зала, а я, закрыв глаза, скинула надоевшую шляпу и свалилась назад, наконец-то распрямив ноги и вытянувшись в полный рост. Как ни крути, а они затекают. Гонять чакру помогает, конечно, но выпрямиться – это такой кайф…

Открываю глаза и вижу сильно удивленного Генму с расфокусированным взглядом, что все также неподвижно сидит рядом. По-моему, он даже не пошевелился за весь разговор, застыв памятником самому себе – лишь слегка покусывал сенбон, отчего кончик выписывал в воздухе странные фигуры, да косил глазами. Что, впервой видеть такое? Это ты еще на всяких чайных церемониях в традиционных кланах не бывал. М-да, нам срочно нужен перекур. После такого морального изнасилования.

– Генма, а давай по чаю?

_______
Хура взрывающаяся – редкий представитель семейства молочайных. Сверхъядовитое и колючее дерево.
(прим. автора: Плоды вызывают галлюцинации, судороги и позорную смерть на толчке. Шутка. Почти.)

Глава 21

Уже смеркалось, когда мы с Генмой засели в моем кабинете и топили горе в чае с чабрецом. Ароматный, чуть терпкий напиток потихоньку приводил мой разрушенный таким количеством народа мозг в более-менее адекватное состояние. Это c ума сойти можно. Больше ни за что не повторю такой самоубийственный опыт. Реально безумный день.

Притихший Генма спрятался за чашкой, вновь изображая из себя предмет обстановки. У меня вроде где-то в кармане хаори лежал завалявшийся давным-давно пакетик с инжиром. Так. Пока вспомнила, надо сменить эту безликую хламиду на мой удобный плащик. Заодно и нычку на стол выложить. Чай с сухофруктами лучше, чем пустой. Киваю парню, чтобы присоединялся к вкусняшке. Мол, хочешь фигу? Устало залезает в пакет, хватает сразу парочку сладких ягод и, не глядя, отправляет в рот. С шумом затягивается чаем из большой кружки. Да, этот день достал не только меня…

– Ты тоже любишь чай с чабрецом?! – Генма что-то невразумительно мыкнул. Что-то, что должно было изображать “да”. Кстати, о вопросе поднятия настроения. Мне просто жизненно необходим кактус. Прямо тут, в кабинете. Пусть улавливает всякие негативные эманации. Тут, судя по всему, их будет нереально много.

– Генма, есть задание, – я постаралась радужно улыбнуться. Судя по чуть ли обреченно не утопившемуся в чашке парню, вместо улыбки меня знатно перекосило. Я надулась. Ну и ладно. Приказы начальства не обсуждаются! Вот! – Мне нужно сюда какое-нибудь колючее растение. Красивое и кустистое.

– Зачем? – захлопал глазами не врубившийся джонин.

– За надом! – Ну что за глупые вопросы. Нужно, и все тут. Ширануи неожиданно подорвался и побежал, но был мною пойман в полете и посажен на место. – Сидеть! Это не прям вот сейчас нужно. Можно и завтра.

Скептически осмотрела парня. Что-то он чересчур странный? Касаюсь пальцами оголенного запястья. Провожу экспресс-диагностику. У-у-у… Как все запущено… Когда ж ты высыпался-то в последний раз? Пускаю слабый импульс своей чакрой, приводя джонина в более-менее адекватное состояние. Медчакра всем хороша, но обычное недосыпание снять не сможет. Только временно простимулировать организм. Так, чтобы Генма до дома добрел в адекватном состоянии, а не на карачках. Или чтобы не завалился спать на нижних этажах – с него станется. Тем более при таком примитивном применении медчакры были и побочные эффекты. Как только моя энергия перестанет циркулировать по его каналам, проявится еще более выраженная усталость. Практически парень свалится там, где его застанет откат. О, смотри-ка, пришел в себя. В глазах какие-то мысли появились.

– Так, допивай залпом чай, – сунула почти остывшую чашку в руки слегка озадаченному Ширануи. – И аллюром домой. Действие медчакры скоро закончится, так что через полчаса ты должен быть в собственной постельке, иначе рискуешь заснуть по дороге.

– Но я не могу, пока вы не покинете рабочее место… – слегка заплетающимся языком начал отпираться Генма. О, Ками, дай мне сил не отволочь его силой. Упертый баран!

– По этажу ходят патрули АНБУ, кабинет защищен барьерами. Что со мной может произойти? Пришествие Мадары? Падение метеорита? Нападение Райкаге? – Я, конечно, «за» служебное рвение и все такое, но меру надо знать. Хотя и сама не лучше. – Генма, тебе нужно выспаться! То что ты сейчас ощущаешь себя относительно бодрым, это временное явление. Так что руки в ноги и домой!

– Но, Цунаде-сама… – снова пискнул парень. Упертый, зараза. Что ж, сам напросился.

– Генма-кун, ты хочешь, чтобы завтра вся Коноха обсуждала, как некоего джонина Ширануи Хокаге лично сопровождала до дома, пиная его через каждые два метра, чтобы направления не терял и скорости? – проникновенно заглянем в глаза. Проняла картина? Парня передернуло – видимо, очень красочно представил. Отлично. – Немедленно иди домой. Это приказ.

– Хай! – Чашка только звякнула о столешницу, а джонин уже скрылся за дверью. Лихо он. Сдвинула посуду, освобождая стол. Одна… Счас! Как же, ушел он! Этот неугомонный вновь заглянул в кабинет, обозрел отсутствие всяческих инопланетных монстров, решивших напасть на такую беззащитную меня.

– КАКОГО БИДЖУ, ГЕНМА?! – уже не стесняясь, гаркнула я на упертого подчиненного – аж ки непроизвольно поперло. Я тут, понимаешь ли, о нем забочусь, а он отпирается!

– Я поставил АНБУ в известность, что вы остаетесь тут без моей защиты, – от испуга парень вытянулся по стойке смирно. Вот же ж, предусмотрительный, вашу мать.

– Вали, пока я, действительно, не погнала тебя лично. Допрыгаешься, Генма, – мрачно смотрю на этого трудоголика. Под моим тяжелым взглядом джонин ежится и начинает отступать к двери. Давай-давай, топай. А то я не постесняюсь нужное ускорение придать… Дверь тихо прикрылась. Я прислушалась к ощущениям. Да, удаляется, вроде. Вот в окно на втором этаже сиганул и быстро направился на юг от дворца. Уффф! Все, можно не переживать, что заснет по дороге.

Все, в кабинете я одна, а значит, можно реально заняться делами. Поставила барьер, дабы пролетающие мимо любопытные «тараканы» не залетели ко мне не вовремя. Для начала заберем мешок с мусором из секретной комнатки и временно запечатаем его в свиток. Чтобы не светить компроматом. Я улыбнулась, представляя себе картину маслом: Хокаге, крадущийся в ночи с пакетом отходов наперевес… О, это сверхэпично! Похихикав над выкидышем своего больного воображения, подошла к приснопамятному стеллажу с безделушками. И что тут у нас? Действительно, всякая красивая муть. Камушки всех цветов радуги, статуэтки, фотографии… Ничего интересного. Поковырявшись по углам, нашла какую-то картонную коробку с газетами. Так, бумагу в мусор, а в коробку покидаем все это детское богатство Хирузена. Сваливая в одну кучу чужую муру, соображаю по дороге, кому это все отдать… Может, Асуме? Пусть Конохомару передаст. Мелкий еще в том возрасте, чтобы камушками увлекаться…

Руки на автомате перекладывали безделушки с полок стеллажа в ящик. Нет, попадались красивые вещицы, типа вот этого бронзового, судя по тяжести, самурая. Великолепно сделанная скульптура. Детальная такая, прям загляденье. Но оставлять себе всякие пылесборники не вижу смысла. Пусть они трижды прекрасны. А это что? На мягкой подушечке лежал слегка запыленный стеклянный шарик размером чуть больше моего кулака. Простой, прозрачный, неинтересный… В коробку однозначно. Беру в руку сферу, и тут меня как током ударяет. Это же шар Тобирамы! Знаменитое в узких кругах средство для подглядывания за девушками. А вы как думали, почему дед не женился? Все просто, такого бабника было еще поискать… Ну, а вуайеризмом он, по-моему, заразил половину своих учеников, тут Хирузен не исключение. Хотя отдам должное: в отличие от Второго, Хирузен не только за бабами подглядывал, но и за выходками Наруто приглядывал.

Интересно, какова дальность работы этого девайса? А через барьеры пробивает? И как активируется? Мне нужна инструкция… Ксо, похоже, это в свитке Второго надо искать. Что ж, закрытым архивом АНБУ займемся чуть позже. Похоже, у меня все больше вопросов возникает. Шарик пока перекочевал обратно на полку. Может, пригодится.

Так, освободив полки окончательно, закрываю коробку и ногой задвигаю обратно в угол. На днях постараюсь передать ее Асума. Пусть дальше сам соображает. Далее: все грязные ошметки, по типу старых тряпок, салфеток и так далее, тоже в мусорный свиток. Не забыть принести сюда свежих полотенец, плед с подушкой, белье… да и пара домашних юката не помешает. Посудой разжиться тоже необходимо. Тут ни кастрюли, ни сковородки нет. Ни заварочника. Похоже, Хирузен по назначению кухню не использовал.

Более-менее закончив с комнатой и засунув свиток с мусором в карман, вернулась в кабинет. Что у меня еще из неотложного на сегодня? Наруто… Вашу мать, я забыла про ребенка с этими долбаными советами! Что он хоть ел-то? Или так и бегает голодный? Ксо, ксо, ксо! В запале чуть не снесла пинком собственный стол. За окном сумерки… Вряд ли он уже спать лег. Да что ж это такое? Оглядываю помещение. Так, важные документы все закрыты в ящиках, а там защита, какую не всякий джонин снимет… Снимаю барьер с кабинета, оставляю лишь сигнализацию и шуншином перемещаюсь домой.

Ворох листьев растворяется в воздухе спальни. Где мелкий? С кухни доносятся голоса. Да что тут творится-то? Неожиданно из коридора выглядывает Наруто. С удивительно довольной моськой.

– О, ба-чан, ты уже вернулась? – ребенок подбегает ближе, а я просто обессилено опускаюсь перед ним на колени и, притянув ближе, обнимаю. Какая я на фиг бабушка? Если не могу позаботиться о мальчишке. Если я банально забыла про него? М-да, так стыдно мне еще никогда не было. Мелкий удивленно пялится на меня пару секунд, а потом обнимает в ответ. – Ба-чан, что-то случилось?

– Нет, Наруто, я просто… соскучилась, – как мне паршиво. И я даже не знаю, что делать. Ведь стопудово не раз повторится такое вот зависание на работе. Я себя очень хорошо знаю. Мальчишка как-то очень понятливо погладил меня по голове. Неужели ты все понимаешь, мелкий? Сомнительно, но спасибо за попытку.

– Цунаде-сама? – в проеме кухни появляется Шизуне в голубом переднике. Я как-то не помню, чтобы покупала подобный предмет обихода. Похоже, моя ученица приволокла его сама. Так как она всегда просчитывает житейские детали гораздо быстрее меня. Теперь я могу не волноваться: Наруто наверняка накормили, напоили и, если бы я не приперлась, даже спать бы уложили.

– Шизуне, спасибо, – киваю на мальчишку. Поднимаюсь. Девушка радостно улыбается и вновь скрывается в кухне. Треплю ребенка по голове, сажусь обратно на пол, притягиваю к себе на колени, крепко обнимаю. – Ты кушал?

– Да! Оне-сан накормила меня. Я тренировался, потом домой пришел, а тебя нет… Ба-чан, ты чего так задержалась? Я уже хотел за тобой бежать, но тут пришла оне-сан и сказала, что у тебя важная работа. Что случилось? Новые миссии, да? Ба-чан, ты так круто выглядела сегодня в шляпе каге! Я тоже стану Хокаге! – из мальчишки лился неуправляемый поток чистых эмоций. Наруто, активно жестикулируя, вертелся у меня на коленях, рассказывая, спрашивая, отвечая… Ладно, что там. Пусть выговорится. Пока мелкий делился впечатлениями, я потихоньку ссадила его в кресло и расстелила ему постель.

– Наруто, давай-ка дуй в душ и ложись спать, – кивнула мальчишке на диван. Вон, уже глаза слипаются. Внучок, похоже, действительно устал, потому что даже не стал возмущаться, а просто потопал в ванную. Оне-сан, значит? Что ж, почему нет? Шизуне девушка добрая, вот теперь пусть и разгребает последствия. Пока мелкий играется в уточек, иду на кухню. Разговор есть к ученице.

– Шизуне, спасибо, – устало плюхаюсь на табуретку, ногой аккуратно сдвигая развалившуюся на полу Тон-тон. Порося наверняка приволокла Шизуне, я милостиво разрешила ей забрать животинку себе. Чтобы в новой квартирке не было так скучно. Да и привыкла ученица везде таскаться с хрюкающей подружкой. На мой голос девушка оборачивается и удивленно вскидывает брови. Мол, за что спасибо-то? – За Наруто. Я совсем забыла про него. Днем даже не вспомнила про обед, хотя сама поела…

– Наруто не маленький мальчик, он прекрасно все понимает и может о себе позаботиться, – пожала плечами ученица и повернулась что-то помешать на шкворчащей сковородке. В целом, она права, конечно. Ибо мелкий столько уже жил один. Но это моей вины за безалаберность не снимает. Как выяснилось, приглядывать за ребенком я не могу. Вернее, не успеваю. А значит, необходим кто-то, кто этим займется. И, возможно, не один. Если дома я могу положиться на Шизуне, то на тренировках и миссиях мне нужен свой человек, что приглядит за неугомонным блондином. Завтра выберу кого-то из АНБУ, только дела просмотрю.

– Цунаде-сама, вы будете ужинать или, может, чаю? – отвлекла меня от мрачных мыслей ученица.

– Нет, спасибо, я уже перекусила, – подперев голову рукой, я задумчиво глядела в темноту за окном. Да, пожалуй, это лучший вариант. – Шизуне, у меня к тебе просьба. Вернее, две.

– Что я могу сделать для вас? – Правильный вопрос, Шизуне. Ты всегда что-то делала для меня. И я бессовестно этим пользовалась. И буду пользоваться впредь. Вот такая я, зараза.

– Сегодня останешься на ночь, присмотреть за мелким? Мне еще вернуться надо, не все дела сделаны, – не отрывая взгляда от окна, попросила я девушку. В отражении было прекрасно видно, как Шизуне слегка вздохнула, но, похоже, против ничего не имела.

– Конечно, Цунаде-сама. Вы вернетесь к утру? – Умничка моя, спасибо.

– Скорее, под утро… – потираю лицо ладонями. Как же меня сегодня все достало-то. – А вторая моя просьба такова. Я бы хотела, чтобы ты и впредь присматривала за мелким, ну, и кормила по возможности. Я, как видишь, ужасная бабушка…

– Мне приходить каждый день?

– Нет, по возможности. Я же знаю, что у тебя теперь в госпитале дел ничуть не меньше, чем у меня во дворце. Поэтому мне просто нужно, чтобы в холодильнике всегда была еда для Наруто. Ну, и проверить вечерком, как он тут устроился, не помешает, – перевела взгляд на девушку. Я ведь не так много прошу, да? – Я назначу завтра кого-нибудь из АНБУ за ним приглядывать, так что разрываться тебе не придется. Я просто хочу быть уверена, что вечером он сыт, доволен и уложен спать.

– Хорошо, Цунаде-сама, но вы могли и не просить, – ответила Шизуне, слегка пожав плечами. – Я все и так понимаю.

– Тогда спасибо еще раз. Можешь устраиваться в моей спальне. – Из ванны вывалился довольный Наруто, завернутый в юката явно большего размера, кое-как затянутую на талии поясом. Мальчишка потер глаза и направился в сторону гостиной. Где на диване его ожидала любимая пижама. Я слегка улыбнулась, глядя на столь домашнее зрелище. Шизуне уже раскладывала еду по контейнерам и мискам, дабы позже закрыть в холодильник. Судя по объему, это дней на пять. Хотя… Зная аппетит Наруто, хорошо, если на два хватит. Буквально через минуту из комнаты раздался вой раненого бизона:

– Ба-чан, ты обещала рассказать мне новую историю! – И я пошла к мелкому. Раз обещала, надо исполнять. Что там у нас сегодня по плану?

– Итак, Лист был построен, и надо было выбирать Первого Хокаге. И на этот пост претендовали два великих человека, Учиха Мадара и Сенджу Хаширама… – начала я новую историю на ночь. Обычно детям сказки рассказывают, а я кровавые ужастики. Но у шиноби, даже мелких, менталитет другой, да и моральные нормы, мягко говоря, иные.

Мелкий заснул на уходе Мадары из деревни, когда мой дед погнался за ним. М-да, не дошли мы до битвы в долине Завершения. Жаль… Или нет? Глянула на монструозный будильник, что мальчишка притащил с собой из старой квартирки. О, уже почти десять вечера… Фигасе! Пора возвращаться на рабочее место. Подоткнула одеяло, потрепала по непослушным вихрам. Сама же нашла пустой свиток, сгребла необходимый текстиль из шкафа, запечатала. Вовремя я озаботилась всем этим, потому как из ванной показалась Шизуне, что уже завершила вечерний туалет и намылилась спать.

– Все, я ушла, – кивнула ученице и вышла из дома. Шуншином переместилась к дверям кабинета. Изнутри я могу пользоваться техникой перемещения, а вот обратно, если барьеры или сигнализация активированы, не пройдешь. Только своим ходом. АНБУ на потолке даже не шелохнулись при моем появлении. Значит, знали, что я куда-то смоталась. И даже наверняка проследили. Хорошо бдят. Открываю дверь. О как! Ко мне пришли неучтенные гости! И без охраны! А сигнальный барьер даже не пикнул… Удивлена, удивлена…

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *