Перейти к содержанию

15.12.2012

Ястребиный глаз (Главы 14-17)

Под катом.

Глава 14

(1911 год, Ист-сити)

Я уже задолбалась перекладывать эти пачки на стол Мустанга. Но стоит мне отойти, и они вновь переезжают на мое рабочее место. Нет, я все понимаю и даже его патологическую лень, но у меня уже руки чешутся дать ему стулом по голове. Ведь я точно знаю, что когда надо, полковник умеет работать за троих, но как же редко это происходит! Пойду предприму последнюю попытку. Если и сейчас он не осознает всю серьезность ситуации, возьмусь за воспитание. Достало! Сослуживцы, по-моему, уже пари заключали, когда я взорвусь.

С обреченным вздохом шеф все-таки начал просматривать документы. Видно, что-то совсем нехорошее было написано у меня на лице. Стою рядом, жду, когда закончит изучать результаты моего каторжного труда. Если он не может работать без надсмотрщика, значит, возьму кнут и буду надзирать. Полковник прикинул пути отхода и, оценив мою решимость идти до конца, тяжело вздохнув, продолжил работать. Вот возьму отпуск и уеду к деду от вас с вашими бумажками. В кабинет постучались.

— Сэр, там на проходной вас ждет мальчик. Он сказал, вы его вызвали. Его зовут Эдвард Элрик, — сообщил тощий как жердь сержант, просунув в дверь голову. Мустанг сверкнул глазами и расслаблено откинулся в кресле. Да, это повод не работать. Блин.

— Спасибо, скажите ему, что я сейчас подойду. — Мустанг подождал, пока сержант уйдет, и перевел взгляд на меня. — Нам пора в Централ.

— Сегодня вам повезло, сэр. Но не думайте, что вам будет везти вечно. — Оставив кипу так и не разобранных документов, мы с полковником спустились в вестибюль. Там нас ждал юный алхимик. Эд сидел на своем чемодане почти в центре зала, держа в руках красный плащ. Удивленные военные обходили этого чудика стороной — мало ли, кто он. А паренек здорово подрос за этот год! Ну и косичку приличную отрастил. За его спиной переминался с ноги на ногу охранник.

— Привет, подполковник! — Ух, какой грозный взгляд у этой малявки. Типа, это он нам одолжение сделал, приехав. Хвалю!

— Пока ты там отлеживался, я стал полковником. — Мустанг гордо вскинул бровь. Нашел с кем меряться размерами сотовых телефонов! С двенадцатилетним пацаном. Вот же, умора. — Готов стать государственным алхимиком?

— Гав-гав! — Эдвард снова злобно зыркнул. Хотя его можно понять: государственных алхимиков прозвали армейскими псами, и вполне заслуженно. Но не стоит это воспринимать так близко к сердцу. – Может, еще и хвостиком повилять?

— Хм, смешно. — Полковник отдал распоряжения сержанту, чтобы охрана пропустила мальчишку с нами. — В таком случае, мы все выдвигаемся в Централ.

Вернувшись в кабинет, я попросила Фьюри заказать нам билеты на утренний поезд в центр. На Эдварда народ удивленно косился, но расспрашивать меня в присутствии полковника поостерегся. А мальчик усиленно делал вид, что он взрослый, и его ничего не колышет. Молодец.

— Так, Эдвард, я сейчас схожу с твоими бумагами в секретариат. Надо подписать у генерала твое предписание на участие в экзамене. И сообщу в Центральный штаб, чтобы подготовили все к внеочередному прохождению испытания. У тебя есть, где остановиться?

— Нет, но я всегда могу снять комнату в гостинице, — пацан флегматично пожал плечами. Как держится! Вот это да! Думаю, только я смогла рассмотреть, что его пальцы слегка дрожат.

— Мыслишь в правильном направлении, Элрик. Так, ставь подпись тут и тут, — полковник протянул Эду заполненный бланк. Юный алхимик пробежался по тексту глазами и, взяв ручку, поставил подписи в нужных местах. — Все, я пошел.

Мустанг бодро свалил трясти начальство на оплачиваемую срочную поездку. Что ж, пора нам с Элриком находить общий язык. А лучше подружиться. Посылаю Фармана за чаем с печеньками. Насколько я помню, наш юный друг горазд покушать.

— Здравствуй еще раз, Эдвард Элрик, — протягиваю ему руку для пожатия. Мальчик удивлен, но осторожно пожимает мою ладонь своим протезом. Все-таки автоброня — это нечто запредельное! Полный контроль, как у обычной руки. Передаются даже ощущения. Невероятно! О работе этих штук мне много рассказал дед.

— Здравствуйте. Вы лейтенант Хоукай, верно?

— Да, я старший лейтенант Элизабет Хоукай. Но ты можешь звать меня Лиза. — Незачем заморачивать подростка званиями. По сравнению с грядущими проблемами, это так мелочно.

— Хорошо, Лиза.

— Кушать хочешь? Вот чай, вот всякие вкусности. — Фарман уже принес все мною заказанное, даже с избытком. Большим. Намек поняла. Вздохнув, пригласила всех присоединяться. Подтащив свои кружки к столику, все расселись и занялись делом уничтожения сладостей.

— Хоукай, а кто этот пацан? — тихо поинтересовался Брэда, уплетая какие-то коржики.

— Этот молодой человек — алхимик, причем один из лучших. Гений. Он изъявил желание сдать экзамены на государственного алхимика. Вот полковник и заметался. — Ну да, ведь награду за привод в ряды армии достойного кандидата еще никто не отменял. Какая же я мелочная. Хм…

— Меня Эдвардом зовут, но можно просто Эд. — Путь к сердцу мужчины любого возраста широкой трассой проложен через желудок. Вот и паренек к нам уже лояльно настроен.

— Я — Хавок, — лейтенант отсалютовал молодому дарованию и закурил очередную сигарету, прикидывая, а так ли надо ему пить чай.

— Фарман, — наш младлей, как всегда, представился кратко и по существу. Но печенюшку заточить не забыл. Потом подумал и взял еще.

— А я Брэда. — Толстячок был полностью занят незапланированным приемом пищи.

— Я — Фьюри! — сержант прочухался. Стеснительный ты наш. Но эта черта характера не помешала ему активно участвовать в разорении тарелки с печеньем.

— Ну, вот и познакомились. Как Альфонс, привык? — Уже год прошел, как мальчик обитает в новом железном теле. Как это на нем сказалось? Эд стрельнул в меня взглядом и вздохнул.

— К этому никогда не привыкнешь, но он не унывает.

— Ну, тогда передавай мелкому от меня привет. — Алхимик очумелыми глазами уставился на меня. Я знала, что ему понравится!

— Мелкому? Это вы про моего брата? — Даже про печеньки забыл. Вот что правильно подобранное слово с людьми делает!

— Конечно. Он же младше тебя, значит, мелкий. Это ты уже можешь считаться взрослым, а когда пройдешь сертификацию, так вообще будешь по законам Аместриса совершеннолетним. Тебя называть «маленьким» нельзя. А вот Альфонса — можно. — Я, борясь со смехом, наблюдала за сменой эмоций на лице Эда. В итоге мальчишка расплылся в коварной улыбке.

— Я ему обязательно передам ваши слова! — В борьбе за последнюю печенюшку сразились юный падаван Элрик и младший лейтенант Фарман. Пришлось напомнить сослуживцу, что нельзя обижать тех, кто младше. Тем более, что очень скоро звание Эда будет выше всех наших. Майор — это вам не хухры-мухры. За наше, безусловно, познавательное чаепитие мне удалось наладить мосты между ребятами и алхимиком. План минимум выполнен! План максимум: стать для Эда хоть каким-то авторитетом. Нет, мне не нужно было влияние на мальчика, просто ему, да и его брату, необходим кто-то, кто сможет их поддержать в трудную минуту. Они, конечно, гордые и самостоятельные, но даже таким нужна опора, чтобы не сломаться. Ризенбург далеко, да и не покажут мальчишки родным свою слабость, а вот я вполне могу сгодиться на такую роль.

— Эд, можешь остановиться у меня. Незачем искать угол в гостинице, да и деньги лишний раз тратить не стоит. Все равно завтра с утра вместе выдвигаемся на вокзал. — А ведь это хорошая идея! Хоть у меня и небольшая квартира, но есть не использующаяся мною лоджия! Вставлю стекла, и вуаля — отдельная комната! Поставить пару кроватей или диванов, стол — и все в шоколаде. Только мусор надо оттуда выкинуть, а то у меня там прямо склад ненужных вещей, даже что-то от отца оставшееся там валяется.

— Лиза, но я ведь вас стесню. — Нет уж, мелкий, я уже все решила и план составила.

— Неа, расслабься. Даже не думай отказываться. Пока ты не найдешь себе постоянный угол, будешь останавливаться у меня. Гостиницы — это мировой заговор зла против людей.

— Почему?

— Там плохие кровати, дорогое питание и подневная оплата! Так что, даже не сопротивляйся.

— Хорошо, Лиза. — Но я-то вижу, что мальчишка доволен таким поворотом.

— Вот и договорились.

Если народ и был удивлен моим поведением, то не подавал виду. А может, все они прекрасно понимали, что мальчишка не от хорошей жизни приехал становиться армейским псом. Фарман молча собрал посуду на поднос и гордо удалился сдавать все это обратно в столовую. Хлопнула дверь, и на нашу компанию уставились черные глаза.

— Так, народ. Мы с Хоукай завтра с утра отчаливаем в Централ. Все дела на вас, за старшего Брэда.

— Есть, сэр. — Лейтенант пост принял, вскинув руку к виску. Пришло начальство, и все начали рассасываться на свои места. Эд разомлел после сытного полдника и развалился в кресле с намерением покемарить. Я же отозвала полковника в сторону. Надо поговорить.

— Что случилось, лейтенант?

— Эд переночует у меня. Прошу разрешения уйти с работы пораньше, сэр. — Мустанг изумленно уставился на меня. А что такого-то? И ежу понятно, что ребенку нужен дом, ну или хотя бы такой суррогат, что могу предложить я.

— У вас что, материнские чувства взыграли? — А тебе что, завидно?

— Это наезд или повод для драки, сэр?

— Хорошо, вы свободны на сегодня, Хоукай. Забирайте этого мелкого и катитесь с глаз долой. Жду вас с утра обоих на вокзале. Наш поезд отходит в восемь, — величественно махнув рукой, отпустил меня полковник.

Попрощавшись со всеми, мы с Эдом вывалились из штаба и медленно пошли в сторону моего дома. По дороге мне потихоньку удалось разговорить мальчика. Он рассказывал о жизни в Ризенбурге, о брате. О том, как они учились алхимии. Я постаралась вести разговор так, чтобы не задевать болезненных для него тем. Не нужно сейчас вспоминать о смерти матери или о потери тела брата. Когда он созреет, сам расскажет. Время, оно все лечит. Что-то забывается, уходят в тень болезненные воспоминания. Так и должно быть, иначе рано или поздно человек превратится в клубок из боли и страданий.

Дома разместила Эда в гостиной. Мальчик с интересом рассматривал мой аскетичный быт. Даже прочитал письмо лейтенанта Стоуна, что я все-таки поставила в рамке на столике. Пришлось рассказывать всю историю целиком. Юный алхимик от смеха катался по дивану. Да и я посмеялась, вспоминая былое. Потом поставила разогревать ужин. Пока суть да дело, показала мальчишке лоджию.

— Смотри, я все это выброшу на днях и окна вставлю. Пойдет такая комната вам с братом?

— Лиза, вы серьезно хотите, чтобы мы тут поселились?

— Ну, я понимаю, что тут все запущено, все-таки я использовала это помещение как кладовку.

— Да не в этом дело. Мы с братом не хотим никого утруждать. — Пришлось выдать пацану подзатыльник. Чтобы в себя пришел. Утружденец, блин!

— Что за фигня, Эд! Ты уже взрослый, так и веди себя соответствующе! Я не собираюсь бдеть за вами, как за детьми! Я предлагаю вам жилплощадь. Вашу собственную комнату. Выдам ключи — и вперед! Я просто думаю, что тебе с братом нужно постоянное место. Чтобы было куда возвращаться. Я не права?

— Спасибо, Лиза, — мальчишка потер затылок и смущенно улыбнулся. — Так действительно будет лучше.

— Хорошо. Значит, по приезду займусь хозяйственными работами и вывозом мусора.

— Не стоит. Сделать комнату жилой поможет алхимия. Окна не проблема, Лиза. — Эд наткнулся взглядом на книги, сваленные в углу. — Это чье?

— А, это я все из дома отца привезла, когда переезжала. Смотри, если хочешь — он тоже был алхимиком. — Пусть смотрит. Конечно, там ничего сверхинтересного нет, все исследования мой отец благополучно уничтожил перед смертью. Ну, кроме того, что у меня на спине. Вот, тоже придумал место хранения!

— Вау, спасибо! — и одержимый наукой ребенок рванул вытаскивать из завалов толстые пыльные тома. Пришлось оттащить его за шиворот.

— После еды. Сначала ужин, потом сиди с книгами хоть до утра! — В поезде все равно отоспится. Парень грустно смерил взглядом макулатуру, но желание поесть все-таки перевесило. Он действительно очень много ест. Нет, мне не напряжно его накормить. Просто его теория, что он растет за двоих, похоже, верна. Три добавки, это круто!

Вскоре меня поблагодарили и свалили читать библиотеку моего папочки. Я постелила мальчику на диване в гостиной. Закончит — сам найдет и санузел, и постель. Мне тоже есть, чем заняться. Табельный пистолет нуждался в смазке, да и мои тоже. Так, тут где-то лежало оружейное масло.

Глава 15

(1911 год, Централ)

Паровоз нас достаточно лихо домчал до столицы. Всего-то восемь часов полного, отупляющего безделья: сущая фигня, не правда ли? Эдвард спал, вытянувшись на сиденье. Как я и думала, мальчишка задремал только под утро, всю ночь читая труды моего отца. Пришлось ему даже подарить несколько книг — уж больно рожица у него была печальная. Не хотелось с книжками расставаться. Мы же с полковником отсиживали зад на пыточной жесткой лавке. Вот почему тут нет мягких вагонов? Не говоря уж об СВ.

Первое мнение о столице? Ну, прежде всего стоит отметить огромный вокзал. Очень ажурное сооружение, со стеклянным куполом, пропускающим солнечный свет. Сразу видно — Централ. На перроне периодически звучал гнусавый голос, сообщавший о прибытии-отбытии поездов. Толпы людей неслись в разных направлениях, руководимые этими сообщениями. Шум, гам, разговоры. Носильщики, рассекающие народ своими тачками. Огромное количество столбов с указателями. Прямо кассы, налево сортир, направо кафе и так далее.

Загрузив какого-то подсуетившегося молодчика с тележкой своими чемоданами, мы довольно резво топали к выходу. Военным охотно уступали дорогу. Все-таки в мундире что-то есть. И выгода с него тоже имеется немалая. В авангарде шел полковник, за ним следовал Эд, я прикрывала тылы. Хорошее построение, удачное. А на ступенях вокзала нас уже ожидал Хьюз. Правда, он терялся на фоне своего подчиненного, майора Армстронга. Я думала, что его рост все-таки художественное преувеличение, но это было не так. Рост гиганта был за два метра. То есть мой взгляд упирался ему чуть ли не в ремень. Ну, я образно, но мое состояние вы поняли теперь. Бритый наголо здоровенный качок с золотистым хохолком и усами. Мать моя женщина!

— Йо, Рой, Лиза! — заорал и замахал руками, увидев нас, Маэс. Правда, попытки обнять не предпринял. Все-таки и субординация иногда полезна.

— Привет, Хьюз, — вяло ответил Мустанг. Я только улыбнулась. Пусть начальство разбирается само.

— Это кто? — Эд, стоя за моей спиной, подергал меня за рукав и показал на майора.

— Добрый день. Я майор Алекс Луис Армстронг! — Я приготовилась хватать ребенка и бежать, если этот эксгибиционист сейчас начнет раздеваться. Но нет, обошлось.

— Да, это мой подчиненный, — влез в наш междусобойчик Хьюз. — Прошу любить и жаловать.

— Что-то мне не хочется… — протянул в ответ Эд, в полушоковом состоянии рассматривая рост и весовую категорию майора.

— А это кто, Рой? Тот алхимик, о котором ты мне рассказывал? — Хьюз с интересом рассматривал мальчишку. Тому такое пристальное внимание не понравилось.

— И что с того? — Эд гордо вздернул голову, сложив руки на груди.

— А у парня есть стержень! — И подполковник хлопнул наше юное дарование по спине, да так, что тот чуть не кувырнулся вниз по ступеням. Я успела его поймать за капюшон. — Ты мне нравишься, парень! Пошли, я подогнал вам машину. В штабе вас уже ожидают, а мы поехали по своим делам. И, Рой, мы с Грейс ждем вас вечером! Отказ не принимается!

Ясно, вечером будет пьянка. И, видимо, нас поселят у Хьюза. Вряд ли этот гостеприимный товарищ отпустит нас всех в гостиницу. Интересно, у него много места? Все-таки нас трое. До центрального штаба мы добрались минут за двадцать. А что, тут автомобилей на улицах не так много, и пробок нет.

Так что мы с ветерком домчались до северных ворот «Кремля». Вот это… Да! Циклопическое сооружение, внушает. Египетские пирамиды рядом будут смотреться бледно. Это не люди строили, тут наверняка постаралась алхимия. Штаб — это даже не замок, это натуральная крепость с четырьмя громадными башнями по углам. Охренеть можно. То тут, то там висели гигантские зеленые флаги Аместриса с уродливым драконом. Попасть внутрь штаба можно было после серьезной проверки на входе. Охрана провела нас на специальную платформу подъемника, которая и доставила нас наверх.

Нас встречали — четверо армейцев младших чинов, аккуратно взяв нашу компашку в коробочку, проводили нас в приемную. Эдварда там пришлось оставить, мальчишке необходимо было пройти теоретический экзамен и собеседование, а самим коротать время в небольшом кабинете. Жаловаться было не на что, нам предложили кофе и легкие закуски. Пока ждали Эда, я умудрилась даже задремать на мягком кожаном диване. Где-то по прошествии двух часов за нами пришли. Ну, в том, что Элрик пройдет эти испытания, я не сомневалась. Уж кто-кто, но видевший Истину вряд ли завалит теорию алхимии!

И вот, последний экзамен — непосредственная демонстрация сил и способностей. Нас загнали на балкон аркады вместе с толпой других государственных алхимиков и их сопровождающих. Пока все рассаживались, здоровались и галдели, в зал вошел непосредственный виновник сегодняшних волнений в сопровождении двух офицеров. Эд держался свободно и спокойно. Молодец, пацан. Двери открылись еще раз, пропуская внутрь нашего незабвенного лидера, фюрера Аместриса, ну и по совместительству, гомункула, Кинга Бредли. А мужик крут! Я, как знающий человек, это могу подтвердить. Ему, вроде бы, шестьдесят, а он даже в таком возрасте двигается с пластикой хищника. Очень серьезный противник. Поставила себе галочку — ни в коем случае не связываться в рукопашной. Я ему даже не на один зуб — на мелкий щелчок. И потом не забыть пять контрольных в голову! Чтобы уж наверняка!

— Хмм. Автоброня? — Фюрер остановился на противоположном от мальчика конце зала, то есть почти прямо под нами.

— Да, я был на востоке во время войны. — Молодец, Эд. Отбрехался качественно.

— А, Ишвар. — Бредли покивал. — Мы там сильно напортачили. Ладно, начнем экзамен.

— Это еще кто? — Эдвард неповторим. Хоть он и спрашивал у сопровождающего его офицера достаточно тихо, но акустика в помещении была прекрасной, и его голос разнесся по всему залу.

— Это фюрер Кинг Бредли! — Офицер даже вспотел от такого неуважения к власти. Но на Элрика это не произвело впечатления. Мне кажется, он уже замыслил свою феерическую гадость.

— Ты только не волнуйся и держи себя в руках, — очухался второй сопровождающий. — У тебя есть чем нарисовать алхимический круг?

— Он мне не нужен. — И наша взрывная козявка, хлопнув в ладоши, тут же совершила трансмутацию. Под сопровождение шипения, треска и светового шоу из небольших разрядов молний Эд создал себе копье со здоровенным наконечником, украшенным драконом. Кстати, у парня недурственный вкус махрового металюги! Среди почитателей хевиметал он бы пользовался популярностью! В зале поднялся кипиш. Да, господа государственные алхимики, вы все с костылями в виде кругов преобразовываете, а тут пришел какой-то пацан, и — хлоп — все работает и так. Плевок в душу, если не хуже. Даже у Мустанга глаза по рублю.

В этот момент Эдвард решил блеснуть своей гениальностью и бросился на фюрера. Я фигею! Ну зачем? Что ты хотел этим доказать? Фигасе, Бредли двигается быстро. Нет, вернее молниеносно. Видимо, благодаря занятиям с боевым трансом, мои глаза успевали фиксировать происходящее. Он очень проворный. Одним движение выхватить саблю и срубить верхушку копья… Наверное, кроме меня никто и не заметил этого движения. Просто стоял, руки за спиной держал, и раз — в руке сабля. Да-а-а… Тут задумаешься, стоит ли вообще связываться с таким монстром?

— Вот так и происходят покушения. Вам стоит подумать о другой схеме аттестации государственных алхимиков, — гордо заявил малец, стоя в окружении офицеров под прицелом их пистолетов. Одно движение руки Бредли, и все убирают оружие.

— Похоже, ты прав. Я подумаю. — Одноглазый довольно улыбался. Еще бы, ведь сегодня ваш папаша узнает о наличии «ценной жертвы».

— Ты, наглый недоумок! Ты провалился, понял? — схватив Эда за грудки, орал какой-то из высших чинов, ранее стоявших рядом с фюрером.

— Не вы это решаете, — сказал, как бритвой полоснул. Офицер даже побледнел от такого тона. — Теоретический экзамен и психологическую проверку он прошел без проблем, если я не ошибаюсь? Умения, которые продемонстрировал мальчик, весьма впечатляют. А кроме того, у него есть характер! Ему не хватает только опыта!

Бредли развернулся и пошел прочь из зала, радостно улыбаясь чему-то. Ну, мы знаем, чему. Да, потрясающая демонстрация для всех присутствующих. Эд удивленно пялился на отвалившееся навершие копья, так незаметно срубленное товарищем фюрером.

— Подождем, когда объявят результаты, мой юный друг. — И правитель Аместриса скрылся за дверью. Более-менее успокоившийся народ начал расходиться, ну и мы вместе с ними. Подобрав на выходе молодое дарование, мы всем колхозом вывалились из Северных ворот на просторы Централа. Уфф! Самое сложное на сегодняшний день позади!

— Забавный ты устроил спектакль! — Мустанг был в очень хорошем настроении. Еще бы!

— Еще слово, и я заставлю вас заплатить за просмотр. — А мальчишка еще не отошел от представления, устроенного Бредли. Не каждый день тебе наглядно показывают, что алхимия — это еще не все.

— Хоть ты и действовал не всерьез, но наставлять оружие на фюрера очень опасно! Тебе повезло. Когда получишь официальное назначение — ты станешь частью армии. И любое сомнение в твоей верности приведет к трибуналу. Так что будь осторожнее.

— А это вас разве не касается? — Щас окунет полковника, как пить дать. — Когда я «напал» на фюрера, вы и бровью не повели. Просто сидели себе спокойненько. Похоже, и у вас с верностью проблемы.

— Хоукай, я так читаем? — Вот как бы вам сказать, чтобы не обидеть.

— Вы бы хоть притворились, что взволнованы!

— Да… Хотя, конечно, обидно, что ты его не убил. — Вот, пипец, нашел место перетирать такую тему. Хотя мы уже на людной площади, может, и пронесет. — Такое место бы освободилось!

— Интересненькие вещи вы говорите, полковник Мустанг. Уж не знаю, может, стоит на вас донести? — Все, счас начнут мериться пиписьками. Мужики в любом возрасте одинаковые.

— Это угроза? — Полковник гаденько ухмыльнулся. — Тебе самому светит кое-что посерьезнее. В законах Аместриса четко прописаны основные запреты алхимии: не идти против армии, не создавать золота и не проводить человеческую трансмутацию. У тебя будут огромные неприятности, если станет известно о твоей, пусть и неудачной, попытке человеческой трансмутации.

Иногда мне хочется треснуть Мустанга чем-нибудь тяжелым. Вот сейчас зачем он давит на психику мальчишке? Привязать его к себе общей тайной пытается? Придурок. Как бы его фонтан заткнуть? Блин, вокруг полно военных, не поймут, если я пну вышестоящего офицера. Вот черт!

— А твоего брата наверняка отправят в исследовательские лаборатории, как интереснейший экземпляр для опытов. Ясно тебе? — Руки чешутся дать подзатыльник неимоверно. Я понимаю, что так он и предупреждает пацана держать язык за зубами, чтобы оградить его от неприятностей. Но можно было и помягче действовать! Эд аж побледнел весь. — Будешь скрывать свое прошлое и притворяться, что ничего не произошло, сохранишь свое звание и брата. Молчи, и все будет хорошо, тебе же не нужны проблемы?

— Ах ты, гад! — Так, мелкого довели до белого каления. Хватаю пацана за руку.

— Спокойно, Эдвард. — Мальчик с подозрением смотрит на меня. Типа: и ты, Брут? Вот ведь! Гад ты, Мустанг, взял и испортил мне всю воспитательную работу. Придется начинать сначала. Я оборачиваюсь к удивленному моим поведением полковнику. — Сэр, прошу отпустить меня до вечера. Я проведу экскурсию для Эдварда по Централу. Вечером мы придем к дому подполковника Хьюза.

— Ладно, Хоукай. У меня тоже есть свои дела. Свободна до вечера. Не опаздывай, в семь нас ждут. — Полковник смерил взглядом Эда. — Всех ждут.

— Пойдем поговорим. — Когда Мустанг достаточно удалился, хватаю мальчишку за руку и тащу в сторону какого-то кафе с летней верандой. Мы устроились за дальним столиком, скрывшись от других посетителей за каким-то фикусом. Я заказала себе кофе и сэндвичей, а мальчишка кучу каких-то пирожных и чаю.

— Значит так, Эд. Полковник может запугивать тебя, сколько его душеньке угодно, но пойми одно: он, может, и не очень деликатно тебе объяснил, почему надо скрывать твое прошлое.

— Да понял я это. — Парень махнул рукой. — Просто он давил на меня угрозами брату. Вот я и разозлился.

— Хорошо. Тогда прими как данность, что в армии Аместриса не все тихо и гладко. Полковник фактически повязал тебя с собой общей тайной. Вы теперь никуда друг от друга не денетесь. Ты знаешь его мечты, он знает твои. И, поверь, он будет тебе помогать. И защищать тебя он тоже будет. Мустанг никогда не бросает своих. И ты с нами. — Хорошо, что мальчик понял расклад. Все-таки он гений — в двенадцать лет такая отменная соображаловка. Эх, с этими алхимиками я заработаю комплексы.

— А что это вы его так защищаете, Лиза? — Я ж говорила, что мужики в любом возрасте одинаковые. Во, намеки пошли.

— Я не хочу, чтобы ты на него злился. А по шее он у меня за такой с тобой разговор и так получит.

— Вы страшны в гневе, старший лейтенант Хоукай. Мне даже жаль теперь полковника. — Мальчишка задорно улыбнулся и принялся за сладкое. — Гулять пойдем? Или это была отмазка?

— Пойдем, конечно. Я в Централе сто лет уже не была.

Глава 16

(1911 год, Централ)

К вечеру, вдоволь нагулявшись по столице, мы пришли к дому четы Хьюз. Грейс еще в первую нашу встречу дала мне их адрес и подробно объяснила дорогу, так что заблудиться не получилось. Дверь нам с Эдом открыл сам хозяин. У меня непроизвольно задергался глаз, и отвалилась челюсть. Маэс был в переднике и с маленькой бутылочкой в руках. Так, кто-то сейчас от меня получит за утаивание информации. Я была в курсе, что они ждали ребенка, но, что карапуз уже родился — это новость дня! Вот же ж, штирлицы! Предупредили бы, сволочи, я бы хоть подарок привезла!

— А, Лиза, Эд, заходите! — Подполковник махнул рукой, видимо, указывая направление. При этом бутылочка в его руке опрокинулась, и молоко вылилось ему на голову. Папаша… Мдя. Переглянувшись с Эдом, засмеялись. Уж больно потешно выглядел Хьюз.

В большой гостиной нас ждала молодая мамаша с малышкой на руках. Судя по разбросанным погремушкам, бутылочкам и салфеткам, тут недавно состоялся сеанс кормления. Видимо, все прошло удачно, так как ребенок заснул. Шуметь мы с мальчиком не стали, прекрасно понимая, что если ребенок проснется, то и нам мало не покажется. Грейс извинилась и ушла укладывать дочь в детскую, ну а Маэс начал торопливо убирать созданный им же хаос.

— Скажи мне, Хьюз, почему я не должна сейчас дать тебе по шее? — Вот ведь, гад, не предупредил нифига!

— Потому что ты добрая и любишь Грейс? — Мужчина бухнулся на колени и молитвенно сложил руки на груди. Что-что, а рожи он корчить умеет! Элрик, вон, прибывает в глубоком моральном шоке. Ничего, привыкнешь со временем, алхимик!

— Не дуйся, Лиза! Все равно приехать бы просто так ты не смогла.

— Но ты же знал, что мы с Мустангом приезжаем сегодня! Что тебе стоило меня предупредить? Я даже подарок не приготовила!

— И фиг с ним!

— То есть ты не хочешь, чтобы тетя Лиза дарила твоей ненаглядной дочурке подарки? — Ща надавим на отцовские чувства. При твоей безумной любви к малышке ты сам себя загонишь в угол.

— Да понял я, понял. Не прав, признаю. Конечно, я хочу, чтобы тетя Лиза дарила Алисии подарки и вообще, чтобы любила и играла с ней. — Хьюз состроил невероятно печально-просящую рожицу. — Мы закрутились сильно, Лиза.

— Не поверю, что ты еще не прокомпостировал мозги всему Центральному Штабу в связи с рождением наследницы! Наверняка в городе всем уже известно, а вот про нас ты как-то не подумал? Ладно Грейс — она действительно занята. Но ты! Все, я обижена в лучших чувствах!

— Сдаюсь! — Мужчина более-менее убрал бардак в гостиной. — Мы хотели сделать вам сюрприз.

— У вас вполне получилось! — Легонько стукнув Хьюза в лоб открытой ладонью, я пошла знакомиться с мелкой.

Грейс сияла тихим счастьем, держа на руках спящую малышку. Вскоре появился взъерошенный полковник, и мы с подругой уединились в детской, оставив мужчин праздновать в гостиной. Ребенком Алисия оказалась тихим и маму особенно не напрягала. Так что ей удавалось неплохо высыпаться. Мне пожаловались на Маэса как на неадекватного папашку. Наш подполковник действительно готов был часами сюсюкаться с дочерью, да и говорить о ней с любыми свободными ушами. Человек при этом не обязателен.

— Я рада за вас, Грейс, но позвонить мне и предупредить вы были обязаны. — Спящая малышка была уложена в люльку, а мы переместились на кухню, где и продолжили общение за чашкой кофе с бисквитами.

— Я хотела, но Маэс меня уговорил сделать вам сюрприз, — виновато посмотрела на меня подруга.

— Ладно, замнем. Что подарить-то? Коляску? Игрушки? — Дальше моя фантазия стопорилась. Что еще можно подарить новорожденному? Одежку?

— Да нам не надо ничего… — попыталась отвертеться новоявленная мамаша. Ага, щас! От меня так просто не отделаешься!

— Грейс, ты меня знаешь, я ведь не отстану!

— Ладно, я поняла. Пусть будет коляска, — сломалась под моим давлением женщина.

— Заметано. — Завтра мы уезжаем обратно в Ист-Сити, но, думаю, я успею забежать в какой-нибудь магазин и оформить доставку коляски им на дом.

— А как твои дела? Как твой парень? Джон, кажется? — Вот же ж, нашла, о ком вспомнить. Примерно раз в год я пыталась завести отношения с представителями противоположного пола. Ну как пыталась? Нужно же и мне развлекаться, да и физиологические потребности никто не отменял. Но дольше трех-четырех месяцев я не выдерживала.

— Никак, послала его дальним маршрутом, — пожав плечами, налила себе кофе.

— Почему? — У Грейс тоже была идея фикс, она все время хотела меня выдать замуж. Ну или хотя бы пристроить в хорошие руки. Они вообще с Хьюзом друг друга стоили. Только подруга была более деликатна. Ах да, хорошие руки — это значит Мустанг. Почему-то она была уверена, что мы будем отличной парой. Соответственно, все мои дружки воспринимались Грейс всегда с легким недоумением. Типа, прыгай сколько хочешь, Лиза, но от судьбы не уйдешь.

— Потому что я никак не пойму, почему если женщина спит с кем-то, то этот кто-то сразу начинает думать, что она будет ему тапочки в зубах приносить? Я что, похожа на человека, который может безумно влюбиться и потерять здравый смысл? — Да, это моя основная проблема. Каждый раз одно и тоже. Мужики вдруг решают, что мною можно управлять. Наивные аместрийские юноши. А может, просто тормоза. — Хорошо, что когда я достаю пистолет, то они сразу вспоминают, где в квартире дверь.

— Я тебе говорила, что Джон тебе не пара. — И такой взгляд с легкой ехидцей.

— Лучше не начинай сначала… — Я покачала головой.

Пьянка по факту рождения наследницы четы Хьюз затянулась далеко за полночь. Элрика, как самого мелкого, отправили спать в гостевую комнату, а мы с Мустангом расположились гостиной. Там стояли два больших дивана, что, собственно, нас и устроило. Тем более армия избавляет от любой стеснительности, даже самой запущенной. А учитывая, что у меня ее и не было… В общем, я отвалилась спать, повернувшись к миру задом. Рой еще о чем-то тер с Хьюзом, когда я уже видела пятый сон. Но ничто не может быть очень хорошо, потому ночью я проснулась от чувства пресловутой «смутной тревоги». Вокруг темно, лишь уличный фонарь дает небольшое количество света. Почему я проснулась? Что-то не так. Чей-то вздох! Я уже говорила, что не люблю, когда нарушают мое личное пространство? Вскакиваю, выхватывая из-под подушки пистолет, и тут же отовариваю стоящего рядом мужика по голове. Автоматически удерживаю падающее тело. Надеюсь, это был не полковник и не Маэс. Кладу тушку на пол, стараясь действовать тихо.

— Что случилось, Хоукай? — Хвала богам, я оприходовала не Мустанга. Мой начальник только встает со своего дивана. Боюсь, второго раза он бы не перенес. В свете уличного фонаря, частично освещающего гостиную, рассматриваю потерпевшего. Какой-то левый мужик, одетый в черное. Никогда его не встречала. Хм, что он забыл ночью у Хьюза?

— У нас гости, судя по всему, — шепотом ответила я, продолжая шмонать тело. Неплохой тесачок, явно армейская штучка. Хм, и пистолет. Интересно девки пляшут — по четыре штуки в ряд… Показываю Рою оружие. — Похоже, у нашего общего друга какие-то проблемы, о которых он явно умолчал.

— Хм, видимо, ты права. — Мустанг плавно переместился ко мне. Классное зрелище мы, наверное, представляли со стороны. Девица в майке и трусиках а-ля шортики с пистолетами в руках и мужчина в боксерах, одевающий перчатки. Было бы смешно, если б не было так грустно.

— Не вздумай пользоваться тут своим огнеметом. Мы все-таки в гостях, — зашипела я. — Не хватало еще Хьюзу хату спалить!

— За дурака меня не держи! Пошли, выясним, кто нам спать не дает. — Полковник бесшумно направился к выходу из комнаты.

— Погоди, я этого товарища сейчас свяжу. — Уж, что-что, а связать объект я могу кучей разных способов, в училище и не тому учили. В этот раз пустила на веревку постельное белье. Надеюсь, Грейс меня простит. Все, товарищ окуклился с моей помощью. — Отдыхай, мы не надолго.

В прихожей вроде никого не было. Но еще один гость переминался с ноги на ногу перед дверью в хозяйскую спальню. Значит, точно пришли за Хьюзом. Во что опять вляпался этот неугомонный придурок? Мустанг бросился вперед, нанеся шикарный прямой удар в переносицу не ожидавшему нападения противнику. Тот отлетел, по дороге повстречавшись затылком со стенкой. Все. Этот тоже выбыл из расклада. Интересно, еще есть желающие? Вот, блин. Я пригнулась и откатилась назад. В то место, где я только что была, воткнулся метательный нож.

— Хьюз, я сейчас тоже в тебя стрелять начну! Тебе понравится, готовься! — грозно, но тихо прошипела я. Нет, я понимаю, что он спросонья и, не разобравшись, начал метать свои железяки, но, блин, мне от этого не легче.

— Лиза?

— Нет, блин, Кинг Бредли!

— Ну, прости-прости! — Хьюз подошел к стене и выдернул нож. — Что тут произошло?

— Это я у тебя хочу спросить! Во что ты опять влез, раз к тебе прислали убийц? — Я аккуратно прикрыла дверь в спальню. Грейс нельзя будить, у нее сейчас другие заботы. Да и от нервного потрясения молоко может пропасть, насколько я помню из прочитанной когда-то литературы.

— Мне тоже интересно, — к нам подошел Мустанг, закончивший связывать своего противника.

— Так, хватайте идиота в черном и пошли в гостиную, Грейс не обязательно знать, что тут произошло, — шепотом раздала указания. Нефиг тут тусоваться, еще не дай бог разбудим новоявленную мамашу, объясняйся потом, откуда в ее доме два лишних тела. Сложив неудавшихся и еще не пришедших в себя убийц в угол, мы начали пытать Маэса. Как выяснилось в процессе экспресс-допроса с применением запрещенных приемов, а именно — угрозой сдать Хьюза с потрохами жене, этот гад раскрутил дело о связи какой-то группы офицеров с местным криминалом. Уф, дурь полная, я-то думала опять какие-нибудь алхимики! А тут так, местечковые разборки. Мы переглянулись с Мустангом и расслабились. Фигня, против нас обычные бандиты! Не впечатляет.

— Вызывай-ка кого-нибудь себе в помощь, Хьюз. Надо эти тела отсюда убрать, пока нам всем не накостыляла Грейс. — Лезть в дела подполковника мне было откровенно лень. Поэтому и трясти языков сейчас не имело никакого смысла. Пусть полежат. До масленицы.

— Да, пойду позвоню Армстронгу. — Маэс поднялся с дивана, потом повернулся и хитро посмотрел на нас. — Вы бы оделись, что ли!

— На себя посмотри. Ты от нас сейчас не слишком отличаешься. — Нашел, чем меня пытаться смутить! Сам-то в трусах бегает. Но одеться все же стоит. Щас тут беготня начнется, и одного потенциального эксгибициониста хватит за глаза. Дальнейшая эпопея напоминала театр абсурда. Представьте себе толпу военных, пытающихся тихо и бесшумно проводить следственные мероприятия в отдельно взятой квартире. Ну да, собрать улики, провести опрос всех участников, привести в чувство и допросить подозреваемых… Надо отдать нам всем должное, ни Грейс, ни Эдварда мы не разбудили, уложившись минут в двадцать. Все, нападавших увезли, а мы расселись в гостиной снимать стресс. Мужчины с коньяком, я с кофе. Все равно заснуть теперь нереально.

Глава 17

(1911 год, Ист-сити)

Наша странноватая компашка вернулась в Восточный штаб, где и дожидалась решения высокого начальства о присвоении лицензии Эду. Элрик, как я и предлагала ранее, разместился у меня, превратив убогую лоджию в достаточно симпатичную комнату. А стилизованные рогатые черепа в отделке окон и декорированный шипами светильник меня вполне устроили. После общения с фанатами тяжелого рока меня таким не впечатлить. Готичненько, но миленько. Главное, что самому пацану понравилось. Кстати, он меня сильно поразил своей работоспособностью. Парень не оставлял себе ни минуты свободного времени. За отведенную на отдых неделю изучил всю выданную мною ему литературу и даже рабочие записи отца. Элрику все было интересно, он увлеченно зарылся в эту макулатуру, периодически что-то выписывая в свой дневник. Я просто в шоке: в его возрасте у меня наука такого восторга не вызывала. Да и сейчас у меня с ней нет взаимопонимания, я все больше пострелять. Мда… Но на его фоне я выгляжу более чем убого. Точно комплексы так себе заработаю.

Итак, вот и настал знаменательный день. Из штаба с нарочным прислали документы, подтверждающие звание государственного алхимика для Эдварда Элрика. Пакет доставил молодой парнишка-рядовой. Получала бумаги я, как личный помощник полковника в связи с его закономерным отсутствием. Расписавшись в получении и отпустив гонца с миром, потопала искать начальника. Долго бегать по коридорам штаба мне не пришлось, искомый объект обнаружился в столовой. Мустанг, вальяжно развалившись на стуле, вежливо слушал восторженное щебетание какой-то очередной секретутки. В качестве разнообразия теперь рыжей.

— Сэр, вам пакет из Центрального штаба, — протягиваю ему непосредственно документы — толстый конверт из жесткой бумаги с большой гербовой печатью.

— Отлично, — Мустанг, вскрыв бандероль и мельком проглядев бумаги, тут же подорвался и, подхватив меня под локоть, помчался на рабочее место, напрочь забыв о своей спутнице. Да, наш полковник не отличается постоянством. Печально.

На всех парах мы с алхимиком залетели в кабинет, изрядно напугав единственного на этот момент присутствовавшего на работе Фьюри. Парень вчера получил со склада какую-то новую рацию и теперь отрывался, разбирая ее. Сев за свой стол, Мустанг вытащил из конверта пачку документов, даже на вид говорящих: «После прочтения съесть!», так много на них было разных штемпелей, подписей и гербов. Еще раз внимательно прочитав бумаги и похмыкав местами, полковник достал из пакета небольшую картонную коробочку. Как и предполагалось, в ней на мягкой бархатной подстилочке лежали серебряные часы с Аместрийским гербом. Блин, ну кто придумал этого уродского дракона? Руки оторвать и в задницу запихнуть. Тоже мне, герб страны! Тьфу! Впрочем, «как вы яхту назовете» и дальше по смыслу…

— Хоукай, вызывайте сюда Эдварда. Для него есть приятный сюрприз, — ухмыльнувшись, сообщил Мустанг. Конечно, он доволен, ведь теперь в нашем полку на одного талантливого человека больше. Если разобраться, то вся команда полковника состояла из профессионалов своего дела. Каждый из нас имел свою, возможно, узкую специализацию, а все вместе мы были очень толково составленным отделением для решения практически любых задач. От расследований до силовых операций. Все-таки Огненный — молодец. Так здорово подобрать народ!

— Есть, сэр, — пошла вызванивать мелкого. Трубку Эд взял не сразу — видимо, еще спал. Мальчишка засиделся почти до утра за своими изысканиями.

— Квартира Хоукай, — раздался сонный голос Элрика.

— Привет, Эд! Это Лиза. Давай руки в ноги и бегом в штаб.

— Я еще не проснулся толком, — зевая, ответил парень. Черт, так заразно зевнул в трубку, что и мне захотелось.

— Пришли результаты экзамена, — начала я, но тут же замолчала, потому что у Элрика что-то с грохотом упало. Что это было?

— Лечу! — рявкнул Эдвард и бросил трубку. Пару секунд в обалдении смотрела на гудящий отбой телефон. Однако, а ведь не было заметно, чтобы он нервничал все это время. Ладно, значит, парень скоро будет. И действительно, не прошло и получаса, как с проходной сообщили, что мальчишка прибыл и ожидает меня внизу. Что ж, иду за юным дарованием, дабы он смог предстать перед начальством.

Встрепанный паренек в неизменном красном плаще нервно расхаживал по громадному холлу. На его хаотичные перемещения недоуменно косились проходящие мимо офицеры и караул. Мальчик явно находился на взводе. Так, похоже, мне его надо успокоить, а то скоро начнет по стенам бегать, а это не по уставу.

— Пошли, Эд, — я кивнула ребятам с КПП, мол, забираю мальца с собой. Те заметно расслабились – видимо, их изрядно напрягал мечущийся подросток. Эдвард ломанулся по лестнице вперед меня, решив сдать норматив в беге по пересеченной местности. Пришлось ухватить парня, заставив остановиться.

— Отставить истерику, — я успокаивающе похлопала его по плечу. — Это военный штаб, Эд. Тут недопустимо такое поведение. Идем спокойно, не спешим. Если в мирное время бегущий офицер вызывает смех, то в военное — панику.

— Я просто… Эх, Лиза, вы не понимаете, как это важно для меня… — тяжело вздохнул мальчик и даже как-то обмяк весь.

— Понимаю. Успокойся, все хорошо, — я заговорщически ему подмигнула. Ну давай, соображай уже!

— А… — у парня расширились глаза. Ага, дошло наконец! — Неужели я…

— Тихо. Я ничего не говорила и ни на что не намекала. Понял? — слегка сжимаю руку, чтоб дошло побыстрее и меня не подставил перед начальством.

— Я нем как рыба, — расплылся в довольной лыбе алхимик и расслабился. Вот так, теперь можно и в кабинет заходить. Главное что? Главное в нашем деле — вовремя снять стресс!

— Сэр, я привела Эдварда, — подталкивая парня поближе к столу, сообщила очевидную вещь полковнику. Но рапортовать по любому поводу в нас вбили еще в военной академии. Армия, вашу мать! Элрик с удобством устроился в одном из двух кресел для посетителей, стоящих перед массивным столом Мустанга.

— Добрый день, Эд, — Огненный алхимик с любопытством рассматривал успокоившегося мальчика. Что? Думал, паренек психовать будет? И правильно думал, но никогда об этом не узнаешь! Вовремя я подсуетилась.

— Привет, полковник, — как всегда без пиетета поприветствовал шефа Элрик. У парня полностью атрофировано чувство почтения как к старшим, так и к вышестоящим. Впрочем, это даже неплохо. И уж жить ему точно не мешает. Хотя местами стоит быть повежливее.

— Из Центрального штаба пришли документы, подтверждающие сдачу экзамена на звание государственного алхимика. Поздравляю, — Мустанг еще раз поискал на лице Эда следы хоть какого-то беспокойства. Не нашел. Вздохнув, поставил перед мальчиком открытую коробочку с серебряными часами. — Эти часы — свидетельство твоего звания. Постарайся не потерять.

— Уж постараюсь, — ухмыльнулся мальчишка, пристегивая часы за цепочку к шлейке штанов. А глазенки так и сверкают, так и сверкают! Доволен пацан.

— А это стандартный контракт для алхимиков, поступающих на военную службу. Тут всего пара пунктов. Мне лень их читать. Может, просто подпишешь?

— Давай-давай, полковник! Не сачкуй, делай свою работу, — Эдвард отыгрывался на шефе за нервное потрясение. Стою за спиной Мустанга, молчу. Так его, Эд, и ногами, ногами! Да, а контракт не отличался заковыристостью. Всего лишь обязывал подчиняться приказам штаба и во время войны участвовать в военных действиях. А также было необходимо ежегодно подтверждать звание государственного алхимика. Или демонстрировать какие-то новые разработки, или участвовать в боевой аттестации. Ну, и в качестве бонуса за все хорошее алхимику предоставлялся доступ к засекреченным материалам и солидный денежный фонд на исследования. Я аж присвистнула от удивления, когда озвучили ежегодно выделяющуюся государством сумму. Мда, вот куда идут налоги-то. Нет, мне и моей зарплаты хватало, тем более что и потратить-то ее было некуда, но такие деньжищи… Интересно, Мустанг также хорошо зарабатывает? На юное дарование, кстати, сумма особого впечатления не произвела. Все-таки ученые — не от материального мира.

— Фюрер дал тебе ироничное прозвище, — закончив зачитывать контракт, полковник подтолкнул документы Эдварду. Тот с любопытством в них зарылся. — Поздравляю, теперь ты официально армейский пес.

— Это лицензия? — Элрик ткнул в покрытую сложными вензелями, изображавшими какие-то листья и цветы, гербовую бумагу. — Столько разговоров и одна несчастная страничка… «Властью фюрера Кинга Бредли назначаю Эдварда Элрика государственным алхимиком с присвоением ему боевого имени «Стальной алхимик»». Стальной? Это что?

— Да, это второе имя, которое в обязательном порядке дается всем государственным алхимикам. Ну и имечко тебе выбрали… — решил постебаться над мелким полковник. Не удалось. Мальчишке явно импонирует такое прозвище. — Банальней не бывает.

— Ты думаешь? — радостно оскалился Эд. — Я его принимаю. Мне нравится это сильное имя.

— Тогда свободен пока. У тебя есть неделя на решение личных вопросов. Потом начнется работа, — полковник поднялся из-за стола. — Постарайся принять то, что мои приказы не обсуждаются. Ты теперь на службе, Стальной. Я твой непосредственный начальник. Старший лейтенант Хоукай просветит тебя по любым вопросам службы и твоего звания.

— Есть, сэр, — явно издеваясь, вскинулся Элрик в фальшивом приветствии. Мустанг предпочел сделать вид, что не заметил. Они нашли друг друга.

— Хоукай, на сегодня ты тоже свободна. — Меня отпустили? Вот так просто? Что-то где-то сдохло. Но все равно за это большое вам мерси с кисточкой, полковник!

— Есть, — и мы с Эдом, переглянувшись, свалили домой. Надо сбрызнуть звездочки. По дороге завернули на вокзал, купив мелкому билет до Ризенбурга на утренний поезд. Парень спешил обрадовать брата. Что ж, времени ему выделили навалом. Успеет и хату спалить, и попрощаться с Рокбеллами. Праздновать присвоение звания мы завалились в небольшое кафе неподалеку от дома. Я это место давно разведала — тут неплохо кормили и хорошо обслуживали. В плюсах было и время работы. Кафе закрывалось далеко за полночь. Я здесь регулярно ужинала, когда поздно возвращалась или сил готовить не было. И с компанией мы сюда часто наведывались. Так что персонал ресторанчика меня хорошо знал, да и Эд тут уже примелькался. А посидели мы славно, душевно. Мальчишка отходил от стресса, налегая на сладкое. Я же отдавала предпочтение мясу с гарниром. В веселых разговорах прошел вечер и часть ночи. А утром я посадила мальчика на паровоз. Ничего, скоро увидимся, Эдвард Элрик.

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Поделитесь своими мыслями, оставьте комментарий.

(required)
(required)

Внимание: HTML допускается. Ваш e-mail никогда не будет опубликован.

Подписка на комментарии